Оформить подписку.

Имя (регистрация)

Пароль (вспомнить)

Войти без регистрации, используя...

СТАТЬЯ

Донская порода лошадей

28 апреля 2003

Когда говорится о культуре того или иного народа, то в круг этого явления входят не только литература, музыка, живопись, но масса других явлений, связанных с жизнью и бытом этого народа. Породы животных, сорта растений также являются неотъемлемой частью национальной культуры. Это то, что позволяет человеку прикоснуться к своим корням, почувствовать связь поколений и осознать свое место в этом ряду.

Автор: М. И. Киборт, ст.н.с. ВНИИ коневодства, к.с.-х.н.

Введение

Лошади в истории каждого народа занимают особое место. На протяжении многих столетий, вплоть до начала ХХ века они являлись основным транспортным и военным средством. Без лошади не мыслилось развитие сельского хозяйства.

Научно-технический прогресс, коренным образом изменивший жизнь всего цивилизованного мира, стремительно вытеснил лошадь из армии и транспорта, постепенно и из сельского хозяйства. Казалось, лошадь сохранится только как реликт ушедшей эпохи. Однако история распорядилась иначе. Сначала в жизни цивилизованных стран прочные позиции занял беговой и скаковой спорт. Со второй половины ХХ века начинается бурное развитие таких видов конного спорта как конкур, выездка, троеборье, стипль-чезы. Развивается детский конный спорт.

После значительного численного сокращения лошадей, которое отмечено практически во всех странах Европы, Северной и Южной Америк, Австралии, начинается не только численный рост конского поголовья, но идет и качественное улучшение лошадей. Расширяется количество пород, к которым проявляется повышенный интерес. В большинстве стран особое внимание уделяется национальным породам. Образно об этом процессе как-то было сказано, что лошадь из работницы превратилась в домашнюю любимицу.

Чем большее место занимает в жизни общества индустриализация и автоматизация, тем больше тянет человека к живой природе. Лошадь - один тех элементов живой природы, у которых с человеком связь особая. Жизнь не устает подтверждать это.

Все больше и больше расширяется сфера использования лошадей. Любимым занятием во время отдыха становятся конные пробеги, прогулки верхом и в упряжи - для детей и взрослых. Оказалось, что верховая езда очень полезна для людей с различными нарушениями двигательных функций. Выяснилось, что в условиях больших городов при большом скоплении людей наиболее эффективно порядок может поддерживать конная полиция.

В СССР коневодство развивалось, в общем-то, по такой же схеме. Временные отрезки только были другими. Военные конные заводы просуществовали до 1954 г. В сельском хозяйстве использование лошадей ограничивалось не потребностью в их использовании, а недостатком конского оборудования и снаряжения. Спорт - и призовой, и классический - развивался гораздо более медленными темпами. В системе плановой экономики мероприятия осуществляются в командном режиме. В этом есть и свои плюсы, и свои минусы. При восстановлении коневодства после революции 1917 г. жесткое командование и дисциплина, особенно в военных конных заводах сыграли положительную роль. Зато, когда в 1954 г. было решено, что коневодство как отрасль не имеет будущего, и она была исключена из плановых заданий на всех уровнях хозяйствования, огромное количество лошадей было уничтожено. Полную катастрофу для отрасли предотвратила самоотверженная работа квалифицированных, преданных своему делу кадров на всех уровнях: руководителей конных заводов, начконов, бригадиров, рядовых конюхов и табунщиков. Несвойственные ему организационные функции, взял на себя Всесоюзный научно-исследовательский институт коневодства.

В пореформенной России и во многих бывших союзных республиках, несмотря на все экономические трудности, спорт, особенно классический, стал развиваться гораздо более быстрыми темпами. С каждым годом все больше и больше лошадей оказывается в руках частных владельцев.

До наших дней в России сохранились всего две старинные заводские породы лошадей, породы, развитие которых происходило в конных заводах со всеми элементами селекции того или иного исторического периода. Это орловская рысистая и донская. Орловский рысак и его история достаточно хорошо известны коневодческой, и не только коневодческой общественности. В климатических условиях средней России с длинной, снежной зимой, холодной, слякотной весной и осенью, большими расстояниями упряжные лошади находили большее применение, чем верховые. Владельцами орловских конных заводов были почти все известные дворянские фамилии Российской Империи, в их числе и Великие Князья. Орловские рысаки испытывались на столичных ипподромах. Работали Московское и Петербургское Императорские беговые общества. Знаменитых бегунов, жеребцов и кобыл, знали по кличкам, их достоинства и недостатки обсуждались на страницах разнообразной периодической печати. В специальной периодической печати регулярно появлялись фотографии рысистых жеребцов и кобыл.

Совсем иначе складывалась судьба верхового коневодства. "В России верхом не ездят", - замечали современники. Основным назначением верховой лошади в России была армия. Генерал Грушецкий А.Ф., много лет занимавшийся отбором лошадей для армии, председатель ремонтной комиссии и первый историк донского лошади, писал, что золотым веком верхового коневодства в России были времена правления Николая I. В его время все дворянство обязано было отслужить в армии, в основном в элитных кавалерийских полках, и, разумеется, на своих собственных лошадях. По всей России было большое число конных заводов верховых лошадей. После неудачной Крымской войны 1857 г. экономическое положение страны покачнулось, произошло численное сокращение в армии, в том числе и кавалерии. Спрос на верховых лошадей со стороны ремонтных комиссий резко сократился. Вскоре после этого последовала реформа 1861 г., освободившая крестьян от крепостной повинности. Помещикам, привыкшим к даровой рабочей силе, пришлось приспосабливаться к новым условиям. Как самая малодоходная часть хозяйства, стали ликвидироваться конные заводы верховых лошадей. С 1857 г. по 1862 г. число конских заводов уменьшилось с 2400 до 900 (Полковников).

Интенсификация сельского хозяйства на юге России, распашка степей под зерно, развитие скотоводства и овцеводства обусловили вытеснение верхового коневодства на Украине и Северном Кавказе, как тогда говорили в Малороссии и Новороссии. Бесследно исчезли малороссийская лошадь, лошади терского и кубанского казачеств.

Донское казачество имело обширные привольные степи, раскинувшиеся по левым берегам Дона. Использование этих земель исключительно для развития коневодства и обусловило возникновение мощного Задонского частного коннозаводства, результатом деятельности которого стала донская порода в современном понимании, и в котором возникли предпосылки появления англо-донской кровной лошади, уже в советское время закончившиеся созданием новой буденновской породы лошадей.

Донское коневодство

Родиной донской лошади явились южно-русские степи, просторы которых расширялись по мере приближения границ русского государства к берегам Черного, Азовского и Каспийского морей. Все начиналось с того времени, когда границы Московского государства на юго-востоке ограничивались левым берегом Дона, и не было выхода ни к Азовскому, ни к Черному морям.

В книге "Донская лошадь" Л.В. Каштанов дал наиболее полное описание исторических событий, происходивших на юге и юго-востоке России в далеком прошлом. Он писал: "Степи, простиравшиеся от Днепра далеко за Волгу, на восток, издавна служили местом кочевья многих племен и народов. В глубокой древности здесь кочевали скифы, сарматы, аланы. В I веке новой эры после победы над аланами, сюда вторглись гунны. Во времена Атиллы (433 - 454 г.) империя гуннов простиралась от Манчжурии до Киргизии и от Китайской стены до южно-русских степей. На смену гуннам пришли хазары, потом печенеги, торки, а потом и половцы или кипчаки - кочевые народы тюркского происхождения. В восточной литературе южно-русские степи называются "кипчакской степью" по имени кочевавших там народов, кипчаков или половцев. Древнерусские летописи хранят свидетельства многовековой борьбы славян с половцами. У всех на памяти и кипчакский хан Кончак из Слова о полку Игореве, и знаменитые половецкие пляски из одноименной оперы Бородина. История сохранила воспоминания о быстроте и подвижности половецкой конницы. Половецкие лошади, как и их хозяева - половцы, были выходцами из Средней Азии. Каштанов отмечает, что эти лошади представляют для нас интерес, так как были предшественниками татаро-монгольсих лошадей, которых привели с собой монгольские орды Чингиз-хана. В битве на реке Калке в 1223 г. от монголов потерпели поражение и русские князья, и половецкие ханы. Владычество Чингиз-хана распространилось почти на всю территорию европейской части России. На юге, в степной части, пошел процесс слияния кочевников-монголов с кочевниками-половцами. Этот процесс неизбежно сопровождался взаимным смешением и отродий скота, и, конечно, лошадей. Практически невозможно установить степень взаимовлияния монгольских и половецких лошадей. Во всяком случае, именно лошадь южно-русских татар кочевников и можно считать прародительницей донской казачьей лошади далекого прошлого."

В Московском государстве этих лошадей знали как ногайских, по имени монгольской орды, кочевавшей на юге. Развитию ногайского коневодства способствовал относительно мягкий климат, богатые разнотравьем степи. Ногайцы вели продолжительные войны в Закавказье и в Персии. Самой ценной добычей в этих войнах были лошади.

По мере укрепления Московского государства и падения татаро-монгольского господства, расширяются торговые отношения с разрозненными татарскими ханствами. Особенно широко идет торговля лошадьми. Имеется ряд исторических документов о широком распространении ногайских лошадей в Московском государстве на протяжении ХVI - XVII веков. О масштабах торговли лошадьми, которые поступают с юга и юго-востока, имеются упоминания и в русских летописях, и в работах историков, и в свидетельствах современников. В 1532 г. вместе с ногайскими послами в Москву прибыли и купцы, которые привели на продажу лошадей от Кошюм-мурзы(М. Худяков. Очерки по истории Казанского ханства, Казань 1923 г. ). В 1534 г. вместе с послами купцы из Ногайи привели на продажу 8000 коней(М. Худяков. Очерки по истории Казанского ханства, Казань 1923 г. ). В 1550 г. ногайские купцы приводят 10 000 голов лошадей, в 1555 г. - 40 000 (И.М. Кулишер. Очерк истории русской торговли). Торговые отношения с южными степными соседями продолжаются и в следующем столетии. В 1674 г. иностранный купец И. Кильбургер помечает, что в Москву из ногайской и калмыцкой Татарии ежегодно в августе пригоняют 20 и более тысяч табунных лошадей, поступают на продажу лошади от персов, турок, дагестанцев, каретных лошадей доставляют немцы.(Б.Г. Курц. Соч. Кильбургера, стр. 120. Киев 1915 г.) В Очерке торговли Московского государства в XVI и XVII столетиях известный русский историк Н. Костомаров пишет, что в конце XVII века поступление ногайских лошадей в Московское государство несколько сократилось из-за того, что лошади через Азов и Крым стали поступать в другие страны. Это подрывало ремонтирование армии лошадьми, и татарам под страхом смертной казни, было запрещено продавать лошадей помимо власти. Основной конский рынок был в Астрахани, куда за лошадьми приезжали перекупщики со всех сторон. После запрета торговля лошадьми пошла только через Москву. "Власть не хотела, чтобы частные люди владели отличными лошадьми, достойными быть в царской конюшне", - пишет Костомаров. Наряду с "аргамаками" из Персии и Турции в царские конюшни попадали и ногайские лошади, что свидетельствует о высоком их качестве.

Расширяя свои границы на юг и юго-восток, Московское государство подчиняет себе казанское и астраханское ханства. Оно стремится выйти к Волге, Каспийскому и Азовскому морям, открыть торговые маршруты на Среднюю Азию.

Ногайские орды, стоявшие на этом пути, сначала оттесняются в задонские степи, на Кубань, к устью Дуная, потом в ейские и приазовские степи, и уже в ХIХ остатки ногайских орд переселяются в Турцию. Ногайское коневодство приходит в упадок.

Слово "казак" монгольское. В далеком прошлом оно обозначало легковооруженного всадника. Южно-русские степи, которые современники называли "диким полем" были ареной постоянной борьбы между воинственными отрядами кочевников и народа, который по разным причинам переселялся из глубин Московского государства на его южные степные окраины. Так возникло русское казачество, которое охраняло границы Московского государства и самих себя от воинственных соседей. В XV веке казаки встречаются уже на всех южных окраинах Московского государства. История упоминает о "городских казаках" несших караульную и сторожевую службу и "вольных", которые промышляли в степи и государству не подчинялись. В XVI веке, пишет Д.И. Багалей в Очерке по истории колонизации степной окраины Московского государства в 1887 г., татарская степь обращается в татаро-казацкую. Казаки стали опасными конкурентами единовластным прежде хозяевам степей - татарам.

Казачий конь становится важнейшей принадлежностью беспокойной казачьей жизни. Все походы совершаются на коне, от его выносливости, силы и быстроты зависит сама жизнь казака. Не случайно о нем "ветроногом" и преданном друге слагаются песни. В бесконечных стычках с ногайскими татарами самой ценной добычей были их знаменитые лошади.

Первые казачьи поселения на Дону относятся к XVI веку. С 1549 г. название "донские казаки" встречаются в официальных документах Московского государства в связи с военными событиями того времени. Казаки теснят ногайцев, отнимая у них оба берега нижней Волги. В 80-х годах XVI века на месте слияния Дона с Северным Донцом появляется казачий городок Раздоры. Городки выше Раздоров принадлежат "верховым" казакам, ниже - низовому казачеству, которое вело постоянную пограничную войну с соседями, преимущественно с татарами и турками.

Для московского правительства было выгодно существование на юге даровой стражи - казаков. Оно входило в сношение с казаками, поддерживало их, присылало им боевые припасы и считало их своими холопами. В 1613 г. после избрания царя в Москве донское казачества стало получать жалование от московского правительства и заняло полулегальное положение. Фактически же казаки были независимы от московского правительства и обыкновенно не слушались приказаний, если они были не в их интересах. Когда царь приказал донским казакам идти на помощь туркам против Польши, казаки отказались. Вообще они доставляли много беспокойства и политических затруднений, нападая на турецкие владения, предпринимая даже разбойничьи набеги на Каспийское море. К началу XVII века взаимоотношения казачества и государства обострились. Пограничное население Московского государства враждебно относилось к казакам из-за грабежей. В 1630 г. казаки убили московского посла боярина Карамышева. Патриарх отлучил казаков от церкви. Разрыв продолжался около 2-х лет. В 1633 г. правительство приняло примирительную позицию, нуждаясь в казаках на случай войны с Польшей. Однако напряженность осталась, казаки не прекратили нападения на турецкие владения. Росту казачьих поселений препятствовала Турция, владевшая крепостью Азов в устье Дона и обладавшая поддержкой крымских татар.

Наконец Азов они взяли, но в 1641 г. турки двинули против них громадное войско. Казаки отсиделись, но побоялись, что их дело будет проиграно, и обратились к московскому правительству с просьбой принять от них Азов. По этому поводу в Москве в 1642 г. был собран земский собор. Подчинившись настроениям, царившим на соборе, Михаил приказал Азов очистить. Казаки Азов очистили, предварительно разорив его до основания. Но противостояние с Турцией растянулось еще на многие десятилетия. В итоге победа оказалась на стороне Московского государства, и начался устойчивый рост донского казачества, стало увеличиваться и конское поголовье (Брокгауз и Эфрон).

С развитием крепостного права, количество беглых крестьян увеличивалось. Они находили себе приют на Дону. На Дону находили себе приют и старообрядцы. После взятия Азова Петром I на казаков была возложена тяжелая обязанность по его охране. В 1705 г. донские казаки по царскому указу выставили на Астрахань 10 тысяч человек, в основном конных. В 1722 г. в первом персидском походе в составе большого русского войска приняло участие 20 тыс. конных казаков. В 1737 г. в армию Миниха входило 12 тыс. конных казаков. Одновременно 9,5 тыс. казаков в союзе с калмыками совершают кубанский поход на ногайских татар.

При Екатерине II у казаков гражданское управление было отделено от военного. В 1799 г. казацкие войсковые чины были уравнены с армейскими. Этим было положено начало дворянству у донских казаков. В 1801 г. в походе на Индию приняло участие 22,5 тыс. казаков на 44 тыс. лошадей. В войне 1812 г. Донское войско выставило 60 тыс. всадников.

В 1819 г. был учрежден особый комитет об устройстве войска донского. Положение об управлении Донского Войска было принято в 1835 г. Военное и Гражданское управление соединено в руках наказного атамана.

Этот исторический экскурс свидетельствует о том, что использование в русской армии лошадей южного и юго-восточного происхождения имеет глубокие исторические традиции. Это коренное отличие русской конницы XVIII и начала XIX веков от западноевропейской с ее тяжелыми рыцарскими лошадьми. Лошади в древнерусской живописи, на миниатюрах мастеров Палеха имеют утонченные черты лошадей Востока.

Вполне закономерно, что именно южнорусские степи становятся местом, где постепенно складывается коннозаводство, в задачу которого входит стабильное обеспечение армии конским ремонтом.

Вначале коневодство на Дону имело чисто местное значение. Постепенно от самых примитивных форм оно переходит к более культурному конеразведению. Складывалась своеобразная форма ведения коневодства, основой которой становятся конно-плодовые табуны, куда сводились кобылы и молодняк, принадлежавшие отдельным казакам, для совместного содержания и воспроизводства. На период случки в табуны назначались жеребцы, особо отличившиеся на военной службе, а также ценные жеребцы, захваченные во время военных походов. Казачье станичное коневодство располагалось в основном по правым берегам Дона. В 1699 г. адмирал Крейс в докладе Петру I отмечает, что казаки прилежно наблюдают конные заводы, имея в виду, наличие конноплодовых казачьих табунов.

Задонское коннозаводство

Со второй половины XVIII столетия начинается освоение богатых степных просторов по левую сторону Дона и по его притокам Салу, Манычу, речкам Кагальник, Егорлык, Средний Егорлык. Впоследствии эти степи получили название Задонских.

Содержание табунов люди почти не регулировали. Лошади, как правило, были предоставленные сами себе. Лучшим временем в жизни табунов были апрель и первые числа мая. Степь покрывалась буйными питательными травами. Летом после наступления зноя и иссушающих ветров степь выгорала. Количество подножного корма резко падало. Осенью, после выпадения дождей степь снова оживала, зеленела. За сентябрь, октябрь, часть ноября лошади нажировывались и входили в самый трудный период, в зиму, достаточно упитанными. Особенно опасным в зимний период бывал длительный гололед, когда животные из-за плотной ледяной корки не могли тебеневать и порой гибли в больших количествах. Выживали только сильные, все, что было чуть послабее, беспощадно уносилось естественным отбором.

В 1801 г. граф Платов доложил императору Александру I об упадке донского коневодства и о необходимости учреждения конно-плодовых табунов с указанием на Задонские степи, как наиболее подходящие для конеразведения. Благодаря особым заботам этого выдающегося деятеля коневодство получило новый толчок к развитию. Формирование станичных табунов стало вменяться в общую обязанность, а не зависеть от инициативы отдельных личностей. При увеличении табунов явилась большая потребность в пастбищах. Что бы недостаток таковых не пугал станичников, табуны разрешалось угонять в Задонскую степь. Первоначальная цель утверждения донского частного коннозаводства заключалась в том, чтобы дать возможность донским казаками, обязанным поголовно отбывать воинскую повинность, беспрепятственно приобретать для службы строевых лошадей. В то время незанятых земель были целые необозримые пространства, но претендентов на них являлось сравнительно немного. Первоначально земли разбирались по берегам Маныча. Коневодам разрешалось пасти свои табуны на всем пространстве свободных войсковых земель, где кому нравится. Начиная с весны каждого года, задонские табуны под присмотром калмыков-табунщиков свободно разгуливали от реки Сал до реки Егорлык. Задонская степь начала играть двоякую роль: она стала пристанищем оседлых, по большей части крупных коневодов и временным пастбищем для станичных общественных табунов. Такой дележ свободных войсковых земель был совершенно справедлив и целесообразен.

Так продолжалось до введения первого положения о Войске Донском в 1835 г. Под коневодство было отведено 800 тыс. десятин. Лучшие земли были отведены по водотоку с таким расчетом, чтобы никто не был обижен в пользовании водой и камышами, которые в степном коневодстве играют громадную роль, служа единственной защитой зимующим табунам. Участки для 500 голов в 781 десятину имели по водотоку 1 1/2 версты, для 1000 голов - в 2 раза больше. Вся остальная степь, не вошедшая в пользование зимовников, отдавалась в общее пользование, как оседлым коневодам, так и остальным жителям Войска. За пользование землею была установлена плата 15 копеек серебром с головы.

Пользование землею было упорядочено различными правилами, с целью сократить произвол и хищническое отношение к земле.

Утвержденное положение, превращая оседлых коневодов в арендаторов-плательщиков, вместе с тем, не нарушало прав станичных обществ пользоваться бесплатно общими попасами (Полковников). В 1858 г. вышло новое положение, в котором еще более подробно были разработаны правила пользования землею, так как под видом не столь выгодного коневодства легко могло привиться очень выгодное овцеводство и скотоводство, которые в скором времени могли превратить степи, богатые самыми разнообразными и питательными травами, в пустыню, покрытую полынком и другими не идущими в корм растениями. Плата за аренду была переложена с головы на землю. Зимовники были увеличены, на 500 голов лошадей нарезалось 1250 десятин. В 1860 г. было разрешено коневодческими участками пользоваться лицам и не казачьего сословия.

В то самое время, когда Войско заботилось только о своих нуждах, а задонские коннозаводчики преследовали свои личные интересы, события, совершавшиеся внутри России, подготавливали скромным и, по большей части, малообразованным коневодам совершенно иную судьбу, о которой никто из них не мог и мечтать (Полковников).

Развитие Задонского коннозаводства нельзя рассматривать в отрыве от развития коневодства в Российской империи. Как уже упоминалось выше, упадку верхового коневодства способствовало сокращение кавалерии после Севастопольской войны. Об этом подробно пишет в журнале "Рысак и скакун" за 1911 г генерал А.Ф. Грушецкий, который несколько десятилетий занимался "конским ремонтом" армии:

"Средства государства были подорваны. Вслед за финансовым кризисом последовала реформа 1861 г. Заводы остались только у очень состоятельных и слепых в учете стоимости производства лошади владельцев, когда приходилось пользоваться наемной обслугой лошадей. В Великороссии остались только наиболее ценные заводы, доступные гвардейским ремонтам. Лебедянь стала центром уже не всех ремонтов, но только гвардейских, а армейские перебежали в Малороссию и Новороссию, где табунное коннозаводство не несло таких денежных затрат. Лошадь малороссийскую и новороссийскую, так же как и задонскую, первоначально воспитывала широкая привольная степь, обильный корм и природа. Затем появился плуг, пошла тонкорунная доходная овца. Степь стала исчезать. Для гвардии лошадей уже стало не хватать и в Великороссии. Ремонтеры потянули руки к Малороссии.

Армейские ремонтеры стали искать более дешевые источники. Они нашлись на Дону, в задонском коннозаводстве. Сначала задонская лошадь робко заглянула в армейские ремонты под чужим именем, выдавая себя за малороссийскую. Конноторговцы степной лошадью, преимущественно из Старого Оскола проложили ей дорогу в армейские ремонты под чужим паспортом. В 1869 г. официально в первую запасную кавалерийскую бригаду были приведены 15 задонских лошадей. Приемный комитет дал о них следующее заключение: сказать о них ничего нельзя определенно, лошади слишком худы, с хорошими ногами и хорошими спинами.

Первые донцы прибыли в своем естественном виде - неосмиренными, худыми и истощенными. Они произвели неприятное впечатление и все были выбракованы за неукротимый дурной нрав. На самом деле они были просто напуганы неумелым обращением с дикой лошадью в запасном эскадроне. С каждым годом через ремонтеров при посредстве конноторговцев степными лошадьми Дятлова, Нифонтова, затем Подкопаева и Фурмана задонская лошадь все в большем количестве поступала в кавалерию. Война 1877 г. показала, что степные задонские лошади лучше всех перенесли боевую обстановку. В 1879 г. резко изменились требования к ремонтной лошади. Они потребовали привода в годовой ремонт кавалерии исключительно задонских лошадей".

Военное министерство под угрозой остаться совершенно без ремонта, обратило свое внимание на задонское коневодство. Результатом этого внимания стало новое положение, которое вступило в силу в 1874 г. Стимулом возникновения задонского коневодства стал спрос на лошадь известного сорта. Но это коневодство развивалось на земле, не принадлежащей самим коневодам.

Изначально задонские степи делились на две половины: западную - по левую сторону Маныча, притока Дона, и восточную - по правую сторону. Климатические и почвенные условия в западной части были более благоприятными, чем в восточной. Вначале сроков аренды установлено не было. Контроль был направлен только на правильное пользование землею.

Сначала аренда была ограничена 1900 годом. Затем по докладу особой комиссии, рассмотревшей проект военного министерства о донском частном коннозаводстве на войсковых Задонских степях, 10 июня 1900 г. "Высочайше" было утверждено мнение Государственного Совета о продлении существования донского частного коннозаводства в западной части Задонской степи на 12 лет, в восточной - на 24 года, считая с 1-го января 1901 г. Таким образом, срок существования частного коннозаводства в западной части Задонской степи истекал 1-го января 1913 г., восточного - 1925 г.

Казалось бы в такой обстановке существовать могло только самое примитивное коневодство, но никак ни культурное, требующее для своего процветания, кроме любви к делу, знаний и опыта, прежде всего прочного фундамента в виде крупного землевладения и капитала. Однако к заслугам задонских коневодов нужно отнести и то, что без всякой помощи со стороны Государственного коннозаводства они сумели настолько сохранить хорошие качества донской породы, что государственные люди в момент ремонтного кризиса остановились именно на этой породе (Полковников).

На первых этапах развития задонского коннозаводства владельцами конных заводов были в основном крупные казачьи военоначальники, зажиточные казаки. Именно они имели предпочтительное право на получение зимовников. В дальнейшем, когда были ужесточены требования к ежегодной сдаче определенного количества и качества лошадей в ремонт, ограничены масштабы распашки земли, размеры скотоводства и овцеводства, а также возможности использования наемных рабочих, коннозаводчики начали продавать свои заводы. Цены на зимовники упали, так как покупать их могли только представители казачьего сословия. Зимовники (2400 десятин земли с поголовьем лошадей скота и с имуществом) скупались по баснословно дешевым ценам. Родоначальник целой династии коннозаводчиков казак Осип Корольков в 1878 г. начинал с одного участка, через 30 лет его разросшаяся семья, включая внуков, владела 1/3 частью всех коннозаводческих степей. Другой известный коннозаводчик в 1882 г. купил у генерала Митрофанова зимовник с ничтожным наличным капиталом, а к 1907 г. уже владел миллионным состоянием.

"Чтобы поднять продажную стоимость зимовников, - пишет А.Ф. Грушецкий, - предприняты были различные меры для разрешения покупки всем, кто имеет оседлость в Донской области. Кто желал купить зимовник, тот должен был получить разрешение от какой-либо станицы построить в ней дом. Дом строился только при покупке зимовника. Так совершился переход Задонских конных заводов от казачества в руки других владельцев.

В настоящее время коннозаводчиков действительных казаков почти нет. Остались коннозаводчики торговые казаки и пришлые крестьяне, преимущественно малороссы. Условия хозяйств резко изменились. Зимовники, благодаря громадному риску и труду, начали приносить доходы".

Развивающееся благосостояние отразилось на всем хозяйственном строе. Убогие саманные, т.е. глиняные, дома и постройки были заброшены и заменены деревянными. Заброшены были базы, их заменили конюшни и крытые навесные сараи. Паровые молотилки вытеснили каменные молотильные катки, косарей заменили сенокосилки и жнеи. Старый деревянный плуг заброшен, появился богатый самый усовершенствованный пахотный инвентарь.

Постепенно донское частное коннозаводство из учреждения, специально предназначенного для удовлетворения потребностей казачьего населения, стало превращаться в главного поставщика лошадей для регулярной кавалерии. Если в 1867 г. из Задонских заводов в ремонт было принято 25 проц. лошадей от общего ремонта, то в 1886 г. этот процент поднялся до 73. Задонское коннозаводство, благодаря предоставленным ему льготам, заняло исключительное по своему значению место в обеспечении армии лошадьми. Таким образом, армия попала в серьезную зависимость от задонского коннозаводства, которое само зависело от решений Донского Войска, истинных владельцев задонских степей. Нельзя сказать, что военное ведомство и Главное управление государственного коннозаводства не волновало сложившееся положение. В свою бытность Главным Управляющим государственным коневодством и коннозаводством граф Воронцов-Дашков употребил все усилия, чтобы создать взамен Донского коннозаводство культурное и степное в Тургае и Кустанае. Задонских жеребцов начинают приобретать для Кустанайской и Тургайской ГЗК. При Деркульском заводе устраивается степной рассадник, такие же рассадники учреждаются при задонском заводе М.А. Курочкиной и в заводе астраханского калмыка Абуши Дундукова. Государственное коннозаводство безвозмездно снабжало их кровными и полукровными жеребцами, приплоды которых поступали в конюшни Кустаная и Тургая. Это дело попытался продолжить сменивший графа Воронцова-Дашкова великий князь Дмитрий Константинович.

В 1906 г. после ряда совещаний при главном управлении государственного коннозаводства о судьбе Задонья частным коневодам было предложено искать других, более дешевых земель для своих табунов. В 1907 и 1908 гг. представители военного министерства, государственного коннозаводства и коневоды Задонья в лице г. Супрунова и кн. Трубецкого осматривали свободные земли Уральской, Тургайской, Самаркандской, Семиреченской, Ферганской областей и Алтайского округа. Земли, прекрасно служащие для коневодства кочевников, коннозаводчики Задонья забраковали, потому что они будто бы непригодны в силу климатических и кормовых условий (Ж. "Коннозаводство и спорт" за 1911г. N 1266, стр. 150 С. Трилицкий (кавалерийский офицер) из газеты "Новое время", Старинное недоразумение.).

По-настоящему донскую лошадь Россия впервые увидела на Всероссийской конской выставке в Москве в августе 1910 г. "Задонское коннозаводство исключительно военное, - писал А.Ф. Грушецкий, - оно не появляется на рынках сбыта. Громадному большинству даже близких к коннозаводству нашего Государства людей задонская лошадь была совершенно незнакома. Многие думали, что она, какая-то дикая, степная, туземная порода". Задонские коннозаводчики очень хорошо подготовились к выставке в Москве. Они представили не только самую большую - в общей сложности, 160 голов - но и тщательно подобранную по типу, экстерьеру и возрасту группу лошадей. На коневодческую общественность донские лошади произвели сильное впечатление. Задонские коннозаводчики не зря так тщательно готовились к этому показу. Клубок противоречий вокруг задонского коннозаводства затягивался все туже. Одновременно с выставкой состоялся Первый Всероссийский съезд коннозаводчиков, который открылся 20 августа в зале дворянского собрания. Работа на съезде велась в трех отделах: рысистом, верховом и рабочем. Открывая съезд, Управляющий Государственным Коннозаводством генерал-лейтенант А.И. Зданович выделил два основных вопроса, это "усиленный интерес к подъему сельского хозяйства и необходимость России иметь мощную армию".(Труды первого всероссийского съезда коннозаводчиков, том I, стр.33, Москва 1910 г.) Самыми больными и дискуссионными вопросами были: метизация орловского рысака с американским и судьба задонского коннозаводства.

Председатель выставки князь А.Г. Щербатов заявил, что поголовье, представленное на выставку задонскими коннозаводчиками, является таким зрелищем, которого давно и нигде не приходилось раньше видеть. От имени коннозаводчиков Донской области выступал кн. П.Н. Трубецкой. Он подчеркнул, что своей исключительной задачей коннозаводчики восточной и западной части Донской области считают приготовление лошадей для нужд государственной обороны.

В верховом отделе дискуссия шла между представителям "культурного" коннозаводства и задонского. В основе этой дискуссии лежали чисто экономические мотивы. "Культурных" коннозаводчиков не устраивала цена, по которой ремонтные комиссии покупали лошадей, другого рынка сбыта кроме армии практически не было. Но все эти коннозаводчики были собственниками своей земли и сами себе хозяевами. На производство задонской лошади значительные средства выделяло государство, выплачивая арендную плату Донскому Войску. Задонский коннозаводчик своей земли не имел. Вся его хозяйственная деятельность была жестко регламентирована "Положением об аренде" и находилась под постоянным контролем со стороны представителей военного ведомства, Главного Управления Коннозаводства и Донского Войска. Неслучайно на съезде в интересах Задонского коннозаводства больше выступали представители армии, а не сами задонские коннозаводчики. Голосов последних вообще почти не было слышно.

Льготы по арендной плате за пользование землей (о чем упоминалось выше), экстенсивный характер конеразведения обеспечивали задонским коннозаводчикам экономическую эффективность и при сравнительно низких закупочных ценах, которые устанавливались государственными ремонтными комиссиями. Но эти же цены были абсолютно неприемлемы для конных заводов в центральной и южной части России, на Украине. Себестоимость лошадей к моменту реализации была выше, чем предлагаемые ремонтерами цены.

Неудовольствие таким положением высказывали А.П. Немцович, В.Э. Фальц-Фейн, Ф.Н. Измайлов. Они считали, что донская лошадь слишком дорого обходится государству, ущемляя при этом интересы коннозаводчиков "культурных" районов.

Генерал А.Ф. Грушецкий, председатель ремонтной комиссии, наставал на том, что задонская лошадь должна быть признана "лошадью государственной необходимости" и что в данное время без нее нельзя обойтись. "Ни одно государство в мире, - пишет он же в статье, опубликованной в Альбоме Всероссийской конской выставки 1910 г., - не обладает таким огромным и оригинальным коннозаводством верховой военной лошади на площади размером 800000 десятин с 60000 поголовья, которая дает половину ремонта на всю регулярную кавалерию. Кроме того, Задонская степь дает до 300 жеребчиков ежегодно Войску Донскому для конноплодовых табунов, 150 лошадей для казачьих офицеров, до 60 жеребчиков на улучшение коневодства Астраханских, Ставропольских калмыков".

"Из остатков громадного ремонта после комиссий покупают частным образом в строй казаки Донской, Кубанской и Терской областей - до 600 лошадей, и подобного род спрос ежегодно увеличивается. Покупаются полукровные производители для Астраханских и Сибирских коневодов, для станичных маток войска Донского, Кубанского, Терского, в конюшни государственного коннозаводства по согласительным ценам от 500 до1000 р. за бурлака (Так называли жеребчиков, отобранных для использования в качестве производителей) 3,5 лет", - пишет Д. Мокренко в журнале. "Коннозаводство и спорт" за 1913 г.

Несмотря на определенные разногласия между коннозаводчиками "культурных" и "степных" районов, большинство признавало огромные достижения и значимость Задонского коннозаводства для государства. Их выступления также звучали на съезде.

На съезде говорилось и о том, что положение задонских коннозаводчиков, особенно в восточной части, далеко не так выгодно. Хороша западная часть степи, восточная же часть - сплошной солончак. Приведение ее в культурное состояние требует значительных вложений капитала. В тоже время, несомненным было и то, что дешевое экстенсивное коннозаводство уходило в прошлое. Спрос на резвую, сильную, рослую лошадь требовал значительных изменений в технологии степного конеразведения, расширения использования в качестве улучшателей английских чистокровных, английских полукровных, орлово-ростопчинских, стрелецких жеребцов.

Неопределенность в окончании срока аренды Задонских степей, с одной стороны, тормозила развитие задонского коннозаводства, с другой, - активизировала задонских коннозаводчиков, которые стремились доказать свою необходимость для государства.

В свою очередь диспаритет закупочных цен на лошадей из "степных" и "культурных" районов мешал развитию верхового коневодства в европейской части России. Ни по своим масштабам, ни по породному составу оно было не сопоставимо с донским. Мосолов ссылается всего на несколько частных конных заводов. Это завод Е.М. Трифановской в Полтавской губернии, который имел всего 50 маток чистокровных, английских полукровных и орлово-ростопчинских. Завод А.И. Фальц-Фейна в Таврической губернии - 30 маток. Завод В.Э. Фальц-Фейна в Херсонской губернии, в Асканье Нове - 94 матки, в том числе чистокровные, полукровные английские, англо-арабские, полурысистые и смешанные. Завод Ф.Э. Фальц-Фейна, также в Асканье Нове, - 65 маток: чистокровных, полукровных английских, полуарабских, рысистых, полурысистых и смешанных.(Список частных конских заводов в России, 1904 г) Из государственных конных заводов верховых лошадей самым крупным был Провальский. Он входил в систему Задонского коннозаводства и призван был выращивать жеребцов для казачьих плодовых табунов. Стрелецкий и Ново-Александровский конзаводы, в общей сложности, имели около 300 маток, в основном полукровных английских и полуарабских.

Орлово-ростопчинские лошади, по мнению современников, по своим рабочим качествам не отвечали требованиям строевого армейского ремонта. Русское полукровное коннозаводство только начинало свой путь, и ещё не было ясного понимания, что он далеко не так прост, как тогда казалось.

Подводя итоги всем дискуссиям на съезде коннозаводчиков, в заключительном, можно сказать, программном докладе князь А.Г. Щербатов отметил необходимость поиска соглашения интересов Войска Донского с требованиями кавалерийского ремонта по коннозаводской степи. "Ежегодно, - говорил он, - кавалерия получала с Дона 6000 лучших по своим качествам ремонтных лошадей. В настоящее время выгода Зимовника получается из льготного пользования участком, гораздо большим, чем сколько нужно для выращивания требуемого количества лошадей. Разрешить увеличить посевную площадь, обязать посев трав, запретить содержание овец, ограничить число нагульного скота и оплачивать полную стоимость ремонтных лошадей, т.е. около 400 р. за голову, и сдавать землю по действительной рыночной цене, - тогда владельцы зимовников смогут платить Войску Донскому по 3 или 4 рубля за десятину вместо теперешних нескольких копеек. Коннозаводская степь сдается по баснословно низкой арендной цене. Отсутствие в производстве лошади Задонской степи правильного коммерческого расчета отзывается убыточно на Донской области."

На общем собрании верхового отдела, которое состоялось 24 августа, обсуждался вопрос обеспечения Государственной обороны конским составом. Постановление, которое зачитал председатель собрания кн. А.Г. Щербатов, звучало следующим образом: "Главнейшей задачей Правительства по отношению к коннозаводству следует считать обеспечение армии наилучшим конским составом". Далее в своем вступительном слове Шербатов особо выделяет Задонское коневодство, которое характеризует, как выдающееся явление".( Там же стр.150.)

Спустя несколько месяцев после съезда, 24 февраля 1911 г. у князя П.Н. Трубецкого состоялось частное совещание по вопросу дальнейшей аренды степей Задонского коннозаводства. Совещание было весьма представительным. На нем присутствовали деятели и военного ведомства, и Главного управления по коннозаводству, и депутаты Государственной думы.

Основной доклад делал генерал-лейтенант Поливанов, который представлял интересы армии. Он считал, что необходимо срок аренды продлить, но и увеличить размер вознаграждения Донскому войску. Его поддержал военный министр генерал В.А. Сухомлинов (в свое время начальник офицерской кавалерийской школы), который заявил о недопустимости краткосрочной аренды. "Военное ведомство, - сказал он, - оказалось в затруднительном и зависимом положении, задонская лошадь, поступающая в ремонт кавалерии, обходится в 700 рублей, а при новых условиях будет обходиться в 1000 р., намного дороже культурной, но и материал много лучше. Культурные лошади, кровные и полукровные, индивидуальными достоинствами превышают степную задонскую - при хорошем конюшенном содержании, тщательном уходе. В массе же степная задонская лошадь, закаленная степным воспитанием - выносливее и более стойко переносит тяжелые испытания боевой жизни. В боевом отношении степняк задонский - тот же полукровок, но отобранный природой для массовой кавалерии, является незаменимым и более ценным материалом".

Управляющий Государственным коннозаводством генерал А.И. Зданович хоть и признал неизбежным продление аренды задонскому коннозаводству, но считал необходимым усилить внимание к коннозаводству культурных районов и освоению степных районов в Заволжье, Астрахани, Калмыкии. На скорейшем прекращении аренды настаивали член Госдумы Шейдеман Е.М, член госсовета И.Н. Леонович, князь А.П. Урусов. Член Госдумы от области Войска Донского В.И Черницкий. говорил о высокой стоимости Донской степи. Предводитель дворянства области Войска Донского А.П. Леонов считал, что если уничтожить донское частное коннозаводство, то тому же казаку негде будет брать жеребцов для плодовых табунов. Очень авторитетный в то время коннозаводчик чистокровных лошадей М.И. Лазарев, отдавая должное блестящему результату, достигнутому коннозаводчиками Задонских степей, считал, что ни в коем случае нельзя умалять достоинства полукровных лошадей культурных районов.

Наиболее последовательно и аргументировано доказывали важность задонского коннозаводства для страны специалисты, занимавшиеся ремонтом, А.Ф. Грушецкий и Л.С. Сенявин (внук адмирала Сенявина). Они в деталях были знакомы как с задонским коннозаводством, так и с культурным. Прекрасно понимали невозможность быстрой замены задонского коннозаводства, чем ни будь, равным ему.

Ожесточенная дискуссия о судьбе задонского коннозаводства на страницах газет и журналов, на различных съездах и собраниях будет продолжаться вплоть до 1917 г.

17 марта 1913 г. военное ведомство законодательно внесло предположение, устанавливающее новые правила донского частного коннозаводства. Доклад комиссии констатирует, что военное ведомство не посчитало возможным исполнить преподанные в 1900 г. законодательною властью указания о ликвидации донского коннозаводства по причинам, которые в то время не могли быть предвидены.

4 июня 1913 г. комиссия по военным и морским делам вносит в Госдуму предложение о ликвидации частного коннозаводства в западной части Задонских степей. Дума принимает предложение со следующей формулировкой: "Признавая существующий способ ремонтирования армии лошадьми при помощи донского частного коннозаводства чрезмерно дорогим для Государственного казначейства, несправедливым и убыточным для Донского казачьяго войска, Государственная дума находит необходимым: 1) безотлагательную ликвидацию Донского частного коннозаводства; 2) принять меры к образованию коннозаводческих хозяйств в степных местностях Азиатской России и 3) увеличить цены ремонтной лошади культурных хозяйств соответственно действительной стоимости таковой лошади. На решение Думы сильное давление оказывают депутаты от Донского казачества. Довольно типичным была точка зрения, высказанная в газете "Приазовский Край" за 1913 г. в статье "Задонское коннозаводство": "Коннозаводчики решили довести до сведения председателя совета министров, что если им не продлят срок аренды, они прекратят разбивку косяков, и в 1916 г. кавалерию ремонтировать будет нечем. Каждый из казаков-землеробов безусловно благословил бы это решение коннозаводчиков, так как оно было бы первым более или менее серьезным шагом задонских "князей" к ликвидации своего коннозаводства и к возникновению на богатейших степях западной части казачьего хозяйства".

В августе 1913 г. в Киеве проходил Второй Всероссийский съезд коннозаводчиков и окружная конская выставка. Донским лошадям, как не входящим в этот район, быть не полагалось. Но если коннозаводчиков из культурных районов на выставку заманивали всякими льготами, то задонские коннозаводчики выпрашивали себе места и, не получив желаемого количества, привели 100 маток, а весь громадный район выставки прислал около 300 верховых лошадей различного пола, назначения и возраста. Задонские коннозаводчики, приехали на съезд отстаивать свое существование на прежних условиях, и, по свидетельству очевидцев, делали они это настойчиво, умело и организованно. Они защищали не только свое коневодство, но связанное с ним владение землей.

Несмотря на определенное сопротивление, II съезд коннозаводчиков в Киеве подтвердил решение съезда 1910 г. о необходимости продления аренды западной части задонской степи и сохранения там коннозаводства.

Один из самых бескомпромиссных и последовательных защитников задонского коннозаводства на всех совещаниях, съездах и в прессе был генерал Грушецкий, его доже с некоторой долей иронии называли "Задонским рыцарем". Судя по многочисленным выступлениям и статьям, этот человек прекрасно знал не только задонское, но и все верховое коннозаводство России, как со специальной точки зрения, так и с экономической. Он хорошо владел пером, был прекрасным полемистом.

В девяти номерах журнала "Рысак и скакун" за 1914 год А.Ф. Грушецкий доказывает, что без поголовья, которое поставляют задонские конные заводы, план ремонта армии лошадьми выполнить невозможно. В 1912 г. для кавалерии, в общей сложности, было приобретено 8769 лошадей, в том числе 4594 головы в "культурных районах" и 4175 голов в Задонье, из них. 2526 - в западной части. Таким образом, коннозаводчики западной части поставили в армию почти 30 проц. ремонта. Признав лошадь Задонских степей за отличную верховую лошадь, Государственный Совет высказывает пожелание, чтобы "Государственное Управление Коннозаводства совместно с военным ведомством принимало теперь же и в будущем все меры к тому, чтобы при имевшей наступить в 1927 г. ликвидации донского частного коннозаводства на войсковых Задонских степях плодовый состав его сохранить для государства и отнюдь, хотя бы в минимальной части, не ушел за границу".

Грушецкого чрезвычайно волнует та легкость и безопеляционность, с которой законодательная власть в лице сначала 3-ей Думы, а потом 4-ой решает перевести Задонское коневодство в Степную местность Азиатской России, и обсуждается возможность перевода в Сибирь. При этом "спешно", "безотлагательно", "немедля", предполагая, что в самое непродолжительное время Сибирь будет поставлять пригодных для ремонта лошадей. Государственное коннозаводство планирует 3000 маток купить для Государственного конного завода в Западной части.

Людям, знакомым с коннозаводством, ясно, что - или такое решение не будет выполняться, или коннозаводство постигнет самая тяжелая участь.

Последняя публикация в журнале "Рысак и скакун" относится к январю 1917 г. Ее автор коннозаводчица Кухоренко-Конради пишет о том, что не только Армия нуждается в донской лошади в качестве ремонта. Донские жеребцы получили широкое распространение у кубанского и терского казачества, в Калмыкии, в Астраханской области и в Зауралье, а также в Сибири.

Принято считать, что история не имеет сослагательного наклонения. Тем не менее, не случись социалистической революции, сельское хозяйство в Задонских степях развивалось бы эволюционно. Процесс интенсификации всего сельского хозяйства, в том числе и коневодства, на юге России набирал силу. А.И. Солженицын в своём " Красном колесе" дал очень яркий и точный портрет нового хозяина земли - умного, расчетливого, дальновидного. Именно такими не трудно себе представить задонских коннозаводчиков. Такими, увы, безымянными смотрят они на нас с фотографий, сделанных в августе 1910 г. в Москве на Всероссийской конской выставке.

После Первой мировой войны повсеместно, во всех странах коневодство численно начало сокращаться. В армии, в сельском хозяйстве, на транспорте живая сила стала уступать механизмам. Как правило, сохранялась лучшая часть поголовья. Коневодством и коннозаводством продолжали заниматься истинные энтузиасты. Задонское коннозаводство было готово к такому обороту событий. Среда задонских коннозаводчиков была далеко не однородна. Но и в западной, и в восточной части были лидеры коннозаводского дела, чьи конные заводы можно было отнести к национальному достоянию. Перед войной 1914 г. в Сальском округе Донской области в общей сложности было 80 конных заводов с общим количеством маток 20500 голов.

Однако история распорядилась так, что планам по развитию Задонского коннозаводства, которые с таким энтузиазмом обсуждались и в 1910, .и в 1913 гг., не суждено было сбыться. Кровопролитная, разорительная Гражданская война с особой жестокостью прокатилась по Дону и Северному Кавказу.

Погибли и люди, и животные, разрушен был хозяйственный уклад юга России. От многотысячных табунов остались даже не сотни, а единицы лошадей. О судьбе большинства их владельцев мы уже никогда и ничего не узнаем. Не узнаем о защитниках и противниках Задонского частного коннозаводства. Не узнаем, где и как закончил свой жизненный путь генерал А.Ф. Грушецкий, потерявший на войне 1914 г. сына. Задонское коннозаводство исчезло как легендарная Атлантида. На поверхности остались такие крохи, что казалось никакое восстановление невозможно.

Происхождение донской породы

Лошадь, которую предъявило Задонское коннозаводство русскому обществу в далеком теперь 1910 году, была своего рода неожиданностью. Обычно, когда говорилось о донской или стародонской лошади, имелось ввиду просто место рождения животного. Далеко не все и не сразу осознали, что в России появилась своя национальная, оригинальная порода верховых лошадей.

История донской лошади неотрывно связана с появлением первых поселенцев на границах Московского государства, которые должны были сами обороняться от воинственных соседей на юге и востоке и охранять границы Московского государства.

Как уже говорилось выше, первым, кто попытался разобраться в происхождении донской лошади, был А.Ф. Грушецкий. В статье "Задонская лошадь", опубликованной в "Альбоме Всероссийской конской выставки в Москве в 1910" он писал: "Коренное кочующее население степи - остатки гунов, их одноплеменники киргизы и калмыки. Волга разделила пополам два родственных племени киргизов и калмыков, разделила их на магометан и буддистов, также разделила их породу рогатого скота, овец и лошадей, имеющих один коренной источник. Родоначальницей нашей восточной степной лошади является лошадь монгольская со славным ее историческим прошлым. На ней совершался стремительный натиск монголов. На ней полчища татар наложили иго на княжества русских князей. Эта лошадь, пришедшая из глубин восточных степей, впоследствии разделилась на две породы с некоторыми морфологическими отличиями. По левую сторону Волги - малорослая киргизская лошадь с густым волосяным покровом и более грубыми формами. По правую - калмыцкая, она, находясь в более мягких климатических условиях, рослее, нежнее и несколько благородна".

Приблизительно такой же точки зрения на истоки происхождения донской лошади придерживался и автор книги "Донская лошадь" и составитель I тома Государственной племенной книги донских и англо-донских лошадей в 1934 г. А.Ф. Басов. "Донская лошадь, - писал он, - возникла в XVIII веке на юго-востоке Европейской России, в районе бассейна реки Дон. До конца XVII века коневодства как такового на Дону почти не было. С XVIII века, после того как на Дон докатилась волна передвигающихся на запад калмыков, положение начало резко меняться. Калмыки привели с собой огромное количество лошадей монгольского корня. Такой приток прежде всего увеличил общее количество конского поголовья на Дону и одновременно придал ему определенный тип. Монгольская (калмыцкая) лошадь послужила тем фундаментом, на основе которого создавалась донская лошадь".

И Грушецкий, и Басов отмечали большую роль природно-климатических условий в которых развивалось коневодство на юге России. "По левую сторону реки Дона, на громадное пространство к востоку до Каспийского моря тянулись дикие привольные степи. К югу они упирались в подножье Кавказских гор, их середину пополам перерезала историческая река русской народной вольницы - Волга, и далеко, далеко уходили степи к северу до сплошной лесной полосы, а к востоку до Уральских гор. Степи мало разнообразились человеком, фауной и флорой, грозные зимние бураны, знойное мертвенное лето со своими засухами и восточными палящими ветрами, приветливая, оживленная, короткая весна и мягкая осень. Широкий простор степей, подножный корм на воле, летний зной, зимняя стужа с не перестающими восточными ветрами", - пишет Грушецкий.

А.Ф. Басов: "Задонская степь имеет арало-каспийскую флору: пырейно-полынный специфический комплекс, ковыльный, ковыльно-пырейный с астрой мохнатой, изредка разнотравье (по балкам) и отдельные куртины бобовых ( желтая люцерна, вика, эспарцет), вот те растительные ассоциации, которые главенствуют в задонских степях. Богатый по питательности и по количеству массы корм весной. с первых чисел июня начинает быстро высыхать, и в июле - августе степь представляет собой жалкую картину в желтых тонах с одновременным падением качества и количества корма с единицы площади. Осенние дожди постепенно оживляют степь, и в сентябре - октябре она снова зеленеет. Качество сена сальских степей считается высоким. Летом зной, докучливые насекомые, засуха, зимой - шурганы, гололедица, бескормица. Апрель и первые числа мая - самое лучшее время в жизни табунов, самое трудное время июль-август". "Донская лошадь разводилась исключительно в условиях табунного содержания, - отмечает Басов, - люди почти не регулировали жизнь табунов. Лошади, предоставленные сами себе, в иные годы гибли в огромных количествах. Выживали только сильные, все, что было чуть послабее, беспощадно уносилось естественным отбором".

В то же время к качеству лошадей предъявлялись достаточно жесткие и определенные требования. "Казак, как военный всадник, - пишет Грушецкий, - нуждался в верховой лошади и добывал жеребцов для своего табуна отовсюду, куда только не забрасывала его судьба и служба. В косяки ссылались жеребцы после очередной службы, которые отличались особо выдающимися качествами, силой и быстротой. Такие жеребцы, испытанные под седлом, передавали приплоду свои достоинства и служили драгоценным материалом для производства верховой военной лошади. Однообразные культурно-степные приемы по коннозаводству при определенных требованиях Военного Министерства в течение полстолетия до такой степени выровняли задонскую лошадь, что она сформировалась в определенную типичную верховую военную лошадь".

"В отличии почти от всех других пород и отродий, - замечает Басов, - к донскому коневодству предъявлялись определенные требования, причем требования эти подкреплялись определенными экономическими предпосылками. С рядом оговорок, но все же можно сказать, что там была одна целеустремленность, которая диктовалась правительством - дать боевого коня. Кроме экстерьерного испытания, во время приемки ремонтными комиссиями, дончак никаких экзаменов не держал. Подбор и отбор по экстерьеру обеспечивал дончаку закрепленность своих форм. При использовании той или иной улучшающей крови коневоды Дона хотели только скорректировать тип своей лошади, все, что резко уходило от принятого идеала, выранжировывалось. Таким образом, изменение типа дончака происходило не скачками, а постепенно, с закреплением достигнутых результатов. Общей выравненности донского поголовья способствовало и быстрое распространение по всему массиву тех коррективов, которые были желательны".А.Ф. Басов, "Донская лошадь", 1935 г. стр., 20

Требования к лошади полностью диктовались особенностями казачьего быта. Казак был прежде всего воином. Наличие верховой лошади, и желательно не одной, а нескольких, было насущной необходимостью. Основные сельскохозяйственные работы выполнялись на волах - быках, как это принято говорить на Дону. Для дальних поездок использовались пароконные запряжки в легкие, часто двухколесные экипажи. Позднее в армии широкое распространение получили четвериковые запряжки в легкий экипаж, на котором устанавливался пулемет. Это и были знаменитые тачанки. В упряжи лошади шли или галопом, или специфическим аллюром наметом. На кобылах работать было не принято, они должны были давать жеребят.

Более глубокий экскурс в историю донской лошади с привлечением значительного количества архивных материалов сделал следующий знаток донской породы Л.В. Каштанов. В истории донской породы он выделяет два периода. Первый период - формирование донской казачьей лошади. Второй период - создание на основе казачьей донской лошади донской породы лошадей и товарное ее производство в задонском коннозаводстве. Каштанов считает, что предками казачьей лошади были степные отродья лошадей юга России. Среди них наибольшее распространение имели лошади ногайских татар. Ногайские лошади были хорошо известны и высоко ценились в Московском государстве. Они, наряду с "аргамаками" из Персии и Турции, попадали даже в царские конюшни.

В XVI, XVII и XVIII веках донское казачество вело непрерывную войну с ногайскими татарами за господство на Дону и Северном Кавказе. Оттесненные в задонские степи и на Кубань кубанские (ногайские) татары продолжают совершать набеги на донские станицы. А. Савельев в книге "Трехсотлетие Войска Донского" приводит данные о том, что в 1715 г. в плену у татар было более двух с половиной тысяч казаков. После крупного ответного похода в 1737 г. казаки разорили татарские улусы и взяли богатую добычу, в том числе, 2 тыс. голов лошадей. Стычки с татарами, переместившимися на левый берег Дона, вглубь задонских степей, и кочевавших вдоль рек Кагальник, Ей, продолжались почти до конца XVIII века. Точку в этом противостоянии поставил поход 1783 г. Донские казаки стали приемниками и наследниками ногайского коневодства в южно-русских степях.Л.В. Каштанов, "Донская лошадь" 1939 г., стр.20

Калмыки начали свое движение с берегов Тобола в 1618 г., достигли Урала и Эмбы в 1628 г. В заволжских степях они оказались в 1630 г., почти 100 лет спустя после появления на Дону казаков. К этому времени коневодство у казаков уже было достаточно хорошо развито. Но, безусловно, могло иметь место и взаимовлияние казачьей и калмыцкой лошади. На саму калмыцкую лошадь большое влияние оказало ногайская лошадь кубанских татар.

Самое сильное влияние на донскую казачью лошадь того времени, безусловно, оказывали лошади Персии и Турции. Персидская лошадь была лучшей верховой лошадью того времени. Ее описывали историки и воспевали поэты. О ней говорили, что она "быстра, как огонь, сильна и смела как лев. Пылкая и выносливая, солнечно-золотистой масти, а также цвета утренней зари". Торговые пути из Персии в Москву - как через степи, так и по Волге - контролировались донскими казаками. С Турцией казаки вообще вели беспрерывные войны. Самой лучшей и желанной добычей для них были лошади. Казак, как военный всадник, нуждался в верховой лошади и добывал жеребцов для своего табуна отовсюду, куда только не забрасывала его судьба и служба. Для того, чтобы иметь достаточное количество лошадей, формируются специальные плодовые табуны. В косяки ссылались жеребцы после очередной службы, которые отличались особо выдающимися качествами, силой и быстротой. Такие жеребцы, испытанные под седлом, передавали приплоду свои достоинства и служили драгоценным материалом для производства верховой военной лошади (А.Ф. Грушецкий "Задонская лошадь", стр. 93).

В середине XIX века их описывали следующим образом: "голова небольшая, но сухая, лоб прямой, уши острые, не длинные, не широко поставленные, шея пропорционально длинная, без кадыка, грудь широкая, лопатка отлогая, холка возвышенная, спина короткая, крестец длинный, ноги правильные, сухие, костями широкие, связки плотные, мышцы в плечевых суставах плотные и твердые, окорока объемистые и мускулистые, задние колена (скакательный сустав) широкие, плоские и сухие, бабки хорошо поставленные, не совсем прямые и не слишком свислые, копыта упругие, легкие. Тело вообще плотное, мускулистое, шерсть лоснящаяся, гладкая, короткая, нежная, волосы на гриве и хвосте тонкие и легкие. Вообще лошадь должна быть глубока в подпружной части, не высоконога, костиста, суха телом, иметь свободное дыхание, выказывая под кожей клетчатую сеть нервов и жил. Все сии достоинства могут составить тогда только совершенную лошадь, когда они будут находиться в надлежащей между собой гармонии, а потому соразмерность частей лошади есть первое основание к заключению о ее качествах, и без такой соразмерности никакая красота отдельных частей не может заслуживать уважения. Прямое следствие соразмерности лошади есть правильность её движений".Журнал коннозаводства и охоты., 1853 г., N 6, стр. 253 Судя по приведенному описанию, наши предки знали толк в экстерьере верховой лошади. Стоит немножко изменить терминологию, приблизив её к современной лексике, и с каждым из выдвинутых условий согласится любой специалист наших дней.

После зимы 1788 - 1789 гг., получившей название Очаковской, донское коневодство понесло огромные потери от голода из-за гололедицы. В1801 г. атаман Платов докладывает императору Александру I об упадке донского коневодства и о необходимости использовать задонские степи, как наиболее подходящие для конеразведения. Сам Платов основал свой завод в Задонье в 1770 г. Вслед за Платовым перегнали в Задонские степи свои табуны родовитые казаки и дворяне: Н.В. Иловайский с 1780 г., А.В. Иловайский с 1778 г., И.М. Сериков с 1777 г., М.М. Кузнецов с 1780 г., М.Ф. Калашников с 1794 г., Ф.Н. Поляков с 1795 г., Д.Е Кутейников с 1794 г., П.П. Янов с 1776 г. Иметь завод в Задонье считалось престижным. Для развития коневодства на Дону значение появления таких конных заводов трудно переоценить. Во-первых, шло постоянное улучшение породного состава лошадей, во-вторых, совершенствовалась технология конеразведения.

Большое значение в развитии задонского коннозаводства имела деятельность В.Д. Иловайского. Генерал-лейтенант Василий Дмитриевич Иловайский был талантливым военачальником и страстным любителем и знатоком лошадей. Для донского коннозаводства он был таким же крупным лицом, как гр. Орлов для русского рысака. Завод В.Д. Иловайского был самым крупным в Задонье. В отдельные годы численность лошадей доходила почти до 5 тыс. голов. В 1848 г. у него было 4994 лошади, но после тяжелой снежной зимы поголовье сократилось почти в 2 раза. Спустя 10 лет, к 1858 г., количество лошадей дошло до 4870 голов. В дальнейшем поголовье лошадей в заводе В.Д. Иловайского и его вдовы г. Новиковой сокращалось и к весне 1863 г. дошло до 900 маток.М. Измайловский, По поводу статьи г. Иванова "Дон и его коневодство", Журнал Коннозаводства.ю N 3 1968 г. стр 29-71.

По свидетельству М. Измайловского, управляющего заводом г. Новиковой, в 1827 г., вернувшись из Персидского похода на Дон, В.Д. Иловайский привел 5 старых жеребцов, их клички: Сардар, Лобатый, Хивинский, Араратский, Воейковский, а также 12 маток, и 12 двухлетних жеребчиков. В дальнейшем, трое лучших из них - Испаган, Меймун и Багдадский - поступили в заводское использование. Сейчас трудно сказать, где правда, а где легенда, но якобы Иловайский привел из похода персидского жеребца из Ардебиля, которого он сначала торговал у местного хана, а когда тот отказался продать любимую лошадь, казаки отбили жеребца силой, сделав подарок любимому атамануВ. Дмитриев, Листок спорта, 1897 г. N 86, стр. 656. Сами клички жеребцов свидетельствуют об их восточном происхождении. Сардар или Сарыляр означает золотистый. Меймун или Маймун - один из типов карабахской лошади. В тот период Карабах находился под владычеством Персии. Лошади Карабахского Ханства отличались сухостью конституции, благородством форм и необычайно красивым золотистым оттенком масти. Каждый оттенок золотистой масти имел свое название: сары-кюрган - золотисто-рыжая, сары-кара-кюрган - золотисто-бурая, сары-кегер - золотисто-гнедая, сары-ачих - светло-золотисто-рыжая. Особо ценилась масть нарындж - "лимонная или желто-бурая с очень заметной искрой на всякой шерстинке, при том грива и хвост темно каштанового цвета с кровавом отливом в конце волоса". По преданию такая масть была у любимой кобылы Магомета Зульфии, но которой он отправился в путешествие на седьмое небо.К. Дитерихс, ж. "Коннозаводства и охоты", Взгляд на коневодство Карабага, 1866 г.

Из своего наследственного табуна Иловайский отобрал лучших кобыл и, объединив их с 12 выводными матками, образовал табун для персидских жеребцов. Персидский табун размещается в лучший Чикалдинский зимовник недалеко от Маныча, с ключевыми водопоями и хорошими зимними выпасами. Для умножения персидского табуна Иловайский послал своих доверенных людей в Карабах купить там маток. Там посланцы узнали, что продается табун князей Мадатовых и что табун пошел зимовать в Войско Донское. В Карабахе были куплены 6 маток у Мехти-Кули-Хана, 4 - у Угурли-Бека и 2 - у племянницы Мадатовой. Мадатовский же табун действительно зимовал на Дону, но приобретать его Иловайский не стал. Его лошади оказались лучше. От приведенных из Карабаха кобыл было получено 8 жеребчиков и 3 кобылки. 7 жеребчиков в дальнейшем поступили в заводское использование под именами: Джеран, Бабахан и Карабахский от маток Угурли-Бека, Мехти Хан, Имам-Кули, Рулет - от матки Мехти-Кули-Хана, и Бриллиант - от матки племянницы Мадатовой. Измайловский отмечает, что в табуне г. Новиковой лошади, происходящие от жеребцов, выведенных В.Д. Иловайским из Персии, гораздо крупнее и шире лошадей, происходивших от карабахских жеребцов, но последние отличались особым блеском шерсти.

У Иловайского были не только персидские табуны. В 1837 г. он купил 12 косяков у коннозаводчика Мартынова. Это были лошади совсем другого типа: рослые, тяжелые, более способные к работе в упряжи, чем под верхом.

За большие деньги В.Д. Иловайский покупал чистокровных жеребцов в известных российских конных заводах. Доставал лучших жеребцов и из малороссийских заводов. Не было завода в донских степях, в котором не было бы производителя завода Иловайского. Иловайский облагородил донскую лошадь, дал ей нарядность, восточною кровью смягчил ее угловатость и придал гибкость, чего не могли сделать чистокровные жеребцы гр. Платова. Именно В.Д. Иловайский ввел в своем заводе первые заводские книги. Продолжала вести заводские книги и вдова Иловайского Новикова, а в дальнейшем и кн. Меньшиков, который приобрел часть завода Иловайского.

В донских лошадях завода кн. Меньшикова "персидский" тип был выражен особенно ярко. С тех дальних времен и пошла в донской породе золотистость со всеми её оттенками, включая и нарындж. От персидских и карабахских лошадей донская порода наследовала, разумеется, не только масть. Они передавали красоту и элегантность внешних форм, свободные производительные движения и, в тоже время, не теряли приспособленности к степным условиям содержания. Эти качества способствовали очень быстрому распространению лошадей с восточной кровью в задонских конных заводах.

О влиянии персидских лошадей пишет и А.Ф. Басов: "Близкое соседство Персии и Нагорного Карабаха, да кроме того походы и войны с персами (1722, 1795, 1804, 1827 гг.) дали возможность казачеству привести большое количество персидских и карабахских лошадей. В 1837 г. в Задонье по официальным сведениям числилось чистых персидских лошадей 917 голов, причем у отдельных коннозаводчиков группы были настолько крупны, что их можно считать за целые заводы. Так К. Кирсанов имел 229 голов, В.В. Иловайский - 187 г., И.К. Шамшев - 148 г., Н. Козлов - 129 г. Имена Сардара, Испагана, Меймуна и др. помнят на Дону до сих пор. Персидские, карабахские лошади фигурировали на Дону в качестве улучшателей почти с момента возникновения казачества до самых последних лет. На окружной выставке в Ростове-на-Дону в 1911 г. было несколько лошадей, имевших ближайшими предками персов. Персы и карабахи, кроме золотистого отлива шерсти, дали дончаку общие формы".А.Ф. Басов, "Донская лошадь" 1935 г., стр.16

Л.В. Каштанов писал: "Все цифровые сведения не достаточно полно отражают мощное влияние наплыва персидских и карабахских лошадей, которые на протяжении более столетия поступали на Дон, в Задонье и калмыцкие степи. Этот "золотой поток" подавил своими размерами влияние на донскую лошадь всех прочих улучшающих пород, переродил казачью донскую лошадь, сделав ее полнокровной ветвью древнейшего источника лошадей плоскогорий, и поставил на нее печать золотой окраски, - свидетельство её происхождения. Персидская лошадь в Задонье ценилась очень высоко, когда туда пришли другие улучшающие породы. В одну из суровых зим Я.А. Лисицкий (задонский коннозаводчик, впоследствии работавший в конзаводе им. Буденного) услышал, что у калмыцкого коннозаводчика, страдающего от бескормицы, гибнут лошади, и в их числе старый персидский жеребец. Лисицский, купив его за бесценок, привез к себе в завод на санях ещё живого, и жеребец, несмотря на свою дряхлость, сумел оставить после себя ценное потомство.

После окончания персидских войн поступление на Дон лошадей из Персии резко сократилась. Покупка лошадей требовала организации экспедиции, соблюдения ряда формальностей и больших расходов. Этим делом продолжает заниматься только государственное коннозаводство, причем в большом количестве начинают приводиться лошади туркменские".Л.В. Каштанов, "Донская лошадь" 1939 г., стр.27 В 1839 г., по статистическим сведениям, в донском коннозаводстве состояло 800 голов туркменских лошадей (теке и иомудской). В дальнейшем количество этих лошадей резко сократилось. Туркменская лошадь, привычная к подворному, а не табунному содержанию, плохо приспосабливалась к местным условиям. Потомство текинских жеребцов тяжело переносило зимнюю стужу.

Последовательное, из поколения в поколение закрепление этой крови в донской породе привело к тому, что почти два столетия спустя столетия мы имеем восточный внутрипородный тип в 2-х вариантах. Лошади восточного и восточно-массивного внутрипородных типов достаточно крупные, длинных линий, голова легкая, с удлиненной лицевой частью, кожа тонкая, шерсть короткая, шелковистая челка, грива и хвост малой оброслости. Представители восточно-карабахского внутрипородного типа - сравнительно некрупные, у них легкая породная голова с широким лбом и короткой лицевой частью, грудная клетка глубокая и широкая, кожа тонкая, шерсть короткая, нежная, шелковистая, масть золотисто-рыжая, при темных, почти черных, гриве и хвосте.

Позже в задонские конные заводы в сравнительно небольшом количестве начинают поступать стрелецкие и орлово-ростопчинские жеребцы. Из Стрелецкого завода в завод И. Савинкова поступил Сатрап, в завод Супрунова - Икар. В заводе Меньшикова был получен многочисленный приплод от Оберона, сына Обеяна Серебряного. Многие из потомков Оберона имели серую масть, и именно они участвовали в последствии в создании терской породы.

Орлово-ростопчинские жеребцы использовались в заводах Подкопаева и Савинкова. У Подкопаева работали Драбовский завода Барятинского, Феникс завода Шуринова, Демон Лермонтова завода Великого Князя Николая Николаевича, у И. Савинкова - Бесценный завода Станкевича, Дарьял завода Шуринова.А.Ф. Грушецкий, "Задонская лошадь", Альбом Всероссийской конской выставки в Москве в 1910 г. стр. 97

"Донские коневоды, - пишет А.Ф. Басов, - больше ценили орловских верховых лошадей за их рост, элегантность и нарядность форм и движений. Лошади заводов Шуринова, Станкевича и др. в большом количестве приводились на Дон вплоть до 90-х годов; после этого участие этих пород в Задонском коннозаводстве сокращается, главным образом, из-за трудностей найти в эти годы верховых орловцев".А.Ф. Басов, "Донская лошадь" 1935 г., стр.18

Л.В. Каштанов отмечает, что задонские коннозаводчики с особой тщательностью выбирали себе производителей желательного типа и экстерьера. С их помощью они стремились еще больше облагородить донскую лошадь, исправить её грубоватую, нередко с кадыком шею. Орловская верховая, орлово-ростопчинская, стрелецкая лошадь, имея англо-арабское происхождение не были чужды донской, почему и оказались полезными для ее улучшения. Однако их сравнительно ограниченное количество не могло существенно повлиять на многотысячное донское поголовье.Л.В. Каштанов, "Донская лошадь" 1939 г., стр.28

Со второй половины XIX века лошади с Дона постепенно стали поступать в регулярную армию. Выше уже говорилось о том, что официально первые 15 донских лошадей поступили в армию в 1869 г., до этого их зачастую поставляли под видом малороссийских. Существовало мнение, что степные лошади непригодны для службы в кавалерии из-за характера. Отношение к задонской лошади менялось вместе с изменениями требований к кавалерийской лошади. Вместо собранного галопа предпочтение получили крупная рысь и просторный полубоевой галоп, Задонская лошадь приняла мундштук и показала, что она способна к выездке нового направления кавалерии, выяснились ее преимущества в выносливости. Закаленная боевыми условиями природы и степи, в постоянном бою за свою жизнь, она обладает изумительной способностью быстро восстанавливать свои силы после усталости.

Резко поднявшийся спрос на задонских лошадей со стороны армии и комплекс принятых государством мер, о которых говорилось выше, дали мощный стимул для развития коннозаводства в задонских степях. Коннозаводство носило обязательный и строго регламентированный характер. Основной его задачей было обеспечение армии кавалерийским ремонтом.

Требования к дончаку, как к верховой кавалерийской лошади, формулировались следующим образом: "Лошади, приводимые к продаже ремонтными комиссиями, должны быть верховых статей, породны, сухи, костисты, пропорционально широки, иметь свободные движения; высшей ценой оплачиваются лошади, происходящие от жеребцов-производителей верховых пород, чистокровных. Возраст - не более 6,5 и не менее 5,5 лет, рост не ниже 2 арш. 1 вер. (146 см) и не выше 2 арш. 6 вер. (169 см.)".Доклада Императорского Московского Скакового Общества на Первом всероссийском съезде коннозаводчиков, том II 1910 г.,стр.126,

Энергичные деятельные люди, которые пришли в задонское коннозаводство в последней четверти XIX века, прекрасно знали, что их материальное положение полностью зависит от того, насколько качество их лошадей отвечает требованиям ремонтных комиссий. В отличие от коннозаводчиков "культурных" районов, которые нередко грешили дилетантизмом и вкусовщиной, что немало мешало созданию стабильного верхового коневодства в этих районах, задонские коннозаводчики действовали в жестких рамках.

Как всегда бывает в таких ситуациях, состав коннозаводчиков был далеко не однороден. Среди них были и истинные энтузиасты-коневоды, были и крепкие хозяева, которые не жалели вкладывать средства в развитие своего завода и в тоже время с максимальной выгодой стремились использовать благоприятные условия аренды и приумножить капитал, были и такие, которые жили одним днем, с сугубо экстенсивной формой хозяйствования.

Выступая на Всероссийском съезде коннозаводчиков в 1910 г. бывший задонский коннозаводчик генерал Ф.Г. Чернозубов, начальник войского штаба Терского казачьего войска, сказал: "Прибыв сюда, на съезд и на выставку, меня особенно поразили два явления: 1) чудные донские лошади, все, как одна, щеголяющие качеством и своим однообразным типом, и 2) состав донских коннозаводчиков. Я нашел среди них мало старых знакомых мне лиц и фамилий. Теперь почти все новые люди". Труды первого Всероссийского съезда коннозаводчиков, Москва 1910 г. стр. 154

В отличие от рысистых коннозаводчиков конца XIX и начала XX веков, имена и дела которых дошли и до наших дней, сведения о донских коннозаводчиках этого периода предельно скупы. Хотя именно их деятельность представляет для нас особый интерес. Они стояли у истоков интенсификации коннозаводства, заложили те приемы табунного коннозаводства, которые, мы, модернизируя, используем до сих пор. Благодаря деятельности этих коннозаводчиков формировалось племенное ядро породы. Это о них говорили, что, как только им предъявляют новые требования, они быстро достигают соответствующих результатов.

Благодаря "Письмам с Дона" коннозаводчицы восточной части задонских степей М.А. Курочкиной, которые публиковались в "Журнале спорта" за 1897 г. под редакцией Гиляровского, можно составить какое-то представление о среде коннозаводчиков того периода. Кстати публикация этих писем связана с надвигающимся окончанием срока аренды задонских степей в 1900 г.

Вот что пишет Курочкина о своих коллегах: "Большинство донских коневодов люди простые, не интеллигентные, но я желала бы всегда работать среди них: общность интересов и условия нашего общего дела сблизила нас в одну, тесно сплоченную семью. Мы охотно обмениваемся впечатлениями, сведениями, материалом, конкурируем между собой в производстве и соревнуемся в личной работоспособности. Одно звание "донской коннозаводчик" дает у нас право на знакомство, гостеприимство, взаимопомощь и уважение".

Личность М.А. Курочкиной интересна сама по себе. Курочкина, в девичестве Попова, ярко выраженный тип коннозаводчика-энтузиаста, и, в то же время, умелого хозяйственника. Отец Курочкиной казачий генерал Попов был владельцем конного завода, организованного в 1815 г. в восточной части задонской степи. Конный завод генерала совершенно не интересовал. Страсть к лошадям у дочери возникла с самых ранних лет и была полной неожиданностью для семьи. Совсем юной, 17-летней барышней в 1880 г. приехала она в отцовский степной завод - зимовник, как их тогда называли, не имея ни опыта, ни знаний, ни надежных помощников.

Через полтора десятка лет М.А. Курочкина стала одним из самых уважаемых, авторитетных и успешных коннозаводчиков восточной части Задонья. На ежегодной традиционной конской выставке в Великокняжеской в 1896 г. особо была отмечена групп годовалых жеребчиков и кобылок завода Курочкиной. Фотография этих лошадей была опубликована в одном из номеров "Журнала спорта" за 1897 г. Жеребята поражают нарядностью и породностью, по высоте в холке в переводе в сантиметры они соответствуют росту современного заводского молодняка. Это особенно интересно с той точки зрения, что Курочкина, по ее словам, начинала свою конзаводскую деятельность с очень посредственного материала. Она посчитала, что поголовье следует значительно улучшить. "Для того, чтобы комиссия не отняла зимовник, нужно иметь не менее 1200 голов. Всех их заменить - дорого, поэтапное улучшение медленно. Опыта никакого", - пишет Курочкина. Другого способа, кроме последовательного улучшения поголовья, у коннозаводчицы не было, и она приступила к выбору производителей. Ход ее рассуждений представляет немалый интерес. "По поводу затруднений своих в производителях я услышала массу советов, - пишет Курочкина, - одни советовали мне жеребцов арабской крови, эта порода отличается красотой и сухостью при малом росте и мелкокостности. Я нашла ее неподходящей. Другие советовали мне чистокровных английских. Англичанина правильного экстерьера найти очень трудно. Рысистые производители тоже были отвергнуты. Нужны кровные, хотя бы и не чистопородные, производители. Я уже в то время считала, что условием процветания является подбор с соблюдением всех тончайших соображений относительно породы и личных особенностей скрещиваемых экземпляров". В этих рассуждениях налицо четкий взвешенный подход к племенной работе. В дальнейшем в своем заводе Курочкина с успехом использовала и чистокровных английских производителей.

В мае 1898 г. в Петербурге проходила Всероссийская конская выставка. Зима 1897 г. была тяжелой в задонских степях. Курочкина была единственной, кто привел своих лошадей из Донской области. Ее лошади удостоились следующей оценки: "Из облагороженных степных положительно выделяются ростом и чудными формами лошади донских коннозаводчиков М.А. и М.Н. Курочкиных, главным образом дети Мавра, это положительно идеал кавалерийской лошади".

Курочкина большое внимание уделяла содержанию лошадей. Она стремилась к разумному сочетанию закаливающих степных условий и условий, обеспечивающих нормальное развитие лошади.

Технологические приемы содержания лошадей в заводе Курочкиной имеют немало общего с приемами, принятыми в конных заводах с крупногрупповым содержанием поголовья в настоящее время. "Весной - с половины марта, - пишет коннозаводчица, - у нас наступает горячая пора: стрижка и расчистка копыт молодняка, сортировка табуна, подбор маток жеребцам, составление косяков, выпуск на пастбище отъемышей, выбор и назначение из 2-х, 3-летнего возраста будущих производителей и производительниц, седлание неуков и подъездка уже седланных, ручная и загонная случка, выжеребка. Осенью, обычно в конце ноября, проводилась отъемка жеребят I сорта, т.е. самых лучших - как по складу, так и по происхождению, подающих надежду сделаться выдающимися производителями и производительницами (жеребчиков 12, кобылок....). Они уже 2 недели находятся в зимовнике с матерями. Днем на пастбище, ночью на сене, "2 раза в день получают овес с соломенной резкой. Овес сначала едят одни матки, потом за него принимаются и жеребята. Когда жеребята возьмутся за овес, их отбивают, матерей угоняют в табун. Жеребят помещают в сарай с варками, овес с резкой получают по 2 гарнца в сутки, водопой из корыт. Вторая очередь отъема проходит так же, но получают овса они по 1 гарнцу в сутки".

В ее конном заводе в зимнее время при неблагоприятных условиях: гололедице, буранах, табун становился на сено. "Я глубоко убеждена, - замечает Курочкина, - что для выведения типа прочной служилой лошади табун не следует ставить в лучшие условия, только кормить следует зимой хорошо, а летом поить побольше хорошей чистой ключевой водой". По свидетельству современников у Курочкиной всегда был хороший запас сена для лошадей.

Другой яркой личностью в задонском коннозаводстве, о которой нам что-то известно, был Иван Николаевич Подкопаев. Отец Подкопаева - шляпник из Старого Оскола. Сын же с детства пристрастился к лошадям. Ежегодно с Дона на луга Оскола пригоняли лошадей для ремонта кавалерии. Молодой Подкопаев поступает работать к крупному конноторговцу ремонтными лошадьми Дятлову. Живой, остроумный с прекрасной памятью И.Н. Подкопаев очень скоро начал вести самостоятельную торговлю лошадьми, став основным конноторговцем на Дону. В этом деле ему немало помог капитал его тестя, богатого краснорядца И.П. Савинкова. Конный завод Подкопаева располагался в восточной части Донской области, в 50 верстах от Великокняжеской. Это приблизительно там, где сейчас находится конный завод "Степной". Подкопаев вместе с Савинковым купил зимовник у генерала Полякова. Со временем его хозяйство стало одним из самых благоустроенных в восточной части Донской области. Когда в ноябре 1898 г. генерал Дубенский посетил зимовник Подкопаева, в заводе было 38 жеребцов-производителей, 606 маток, 327 жеребенка текущего года, 405 годовиков 2-х лет - 181 жеребчик и 173 кобылки. Из трехлеток в зимовнике остались те, что предназначались для саморемонта. 15 жеребчиков - "бурлаков", так тогда называли жеребчиков, отобранных для воспроизводства, и 76 кобылок. 8 жеребцов-производителей стояло в конюшне. Матки находились в 40 косяках. Лошади, в основном, золотисто-рыжие.

Жеребцы-производители крупные, 162-164 см. в холке, правильного верхового сложения, в их числе орлово-ростопчинский Наливайко завода М.М. Шуриновой, костистый нарядный жеребец. Были у Подкопаева и чистокровные английские жеребцы, к их отбору он относился с особой тщательностью. В заводе практиковались и ручная, и варковая, и косячная случки.

Подкопаев был чрезвычайно авторитетен в среде задонских коннозаводчиков. Его называли королем степи. Продукция завода Подкопаева отличалась типичностью, крупным ростом. При поступлении в кавалерию его лошади попадали даже под кавалергардское седло, где под рослых всадников требовалась и очень крупная лошадь. Жеребцы из завода Подкопаева были во многих задонских заводах.

Известно еще одно имя, без которого невозможно представить восстановление донской породы, это П.Л. Лопаткин. Не дожидаясь прекращения аренды в задонских степях, он с чадами и домочадцами, табунами лошадей и отарами овец двинулся на восток. По разным версиям он шел не один. На освоение новых земель, по совету Столыпина, двинулась целая группа донских казаков, но до Киргизии добрался один П.Л. Лопаткин. И там обосновался. Очень жаль, что об этой, несомненно, выдающейся личности сведений в нашем распоряжении крайне мало. Он сумел через огромное пространство от Дона до Тянь-Шаня провести в полном порядке поголовье лошадей, овец, крупный рогатый скот.

В дальнейшем, чтобы ценное племенное поголовье не было рассосредоточено и не погибло, по инициативе П.Л. Лопаткина, оно было национализировано. Лопаткинские лошади легли в основу вначале Нарынского конного завода, а потом Иссык-Кульского. Жеребец Челн 1912 г.р., которого Лопаткин приобрел у Т.С. Безуглова и привел с собой в Киргизию, стал родоначальником одной из самых ценных линий в донской породе, с которой работают и поныне. Челн происходил от Чингиза завода А.Г. Жеребкова, сына чистокровного Жосселена и донской Ладоги. От Челна Лопаткин получает целую группу жеребцов и кобыл. У Лопаткина работал и рожденный в 1909 г. у И.М. Королькова Забавник I, от которого пошла другая еще более ценная линия в донской породе.

К сожалению, у нас нет каких либо более или менее подробных сведений о коннозаводчиках западной части Донской области, где была сосредоточена наиболее ценная часть лошадей. Большой известностью там пользовался завод генерала Алексея Герасимовича Жеребкова, кн. Петра Николаевича Трубецкого, хорунжего Акима Маркиановича Чекунова, И.А. Супрунова. Там была целая династия коннозаводчиков Корольковых.

О заводе известного коннозаводчика И.А. Супрунова известно, что весной 1913 г. его, в порядке инспекторской поездки, посетил управляющий государственным коннозаводством князь Н.Б. Щербатов в сопровождении известного знатока чистокровной лошади И.М. Ильенко. Косяки в заводе И.А. Супрунова для показа были размещены по степи в порядке один за другим и протянулись на полторы версты. Заводы Супрунова и Я. Королькова давали до 500 ремонтных лошадей.

Таких заводов, как у Супрунова и Королькова, не единицы. Инспектирующие были изумлены их организованностью, громадными конюшнями, подбором косяков, воспитанием молодых возрастов и сознательным пониманием лошади коннозаводчиков. "У задонского коннозаводчика знания почти наследственное, - замечал А.Ф. Грушецкий, - еще ребенком он знает "курбу, жабку, козинец, мягкие бабки и т.п." он постоянно слышит о недостатках и достоинствах лошади."

И.Я. Корольков на съезде коннозаводчиков в 1910 г. имел все основания заявить, что "...если десять лет тому назад культурное коннозаводство стояло гораздо выше Задонского, то в настоящее время оно поднялось настолько выше, что культурное коннозаводство кажется много ниже".Там же, стр., 159

Особые условия, в которые попало задонское коннозаводство, начиная с последней четверти XIX века, сыграли решающую роль в окончательном формировании донской породы. В этот период происходит очень важное для любой породы структурирование ее массива. Формируется племенное ядро из тех конных заводов, лошади которых продаются по самым высоким ценам, получают призы и поощрения на разнообразных выставках. Как правило, в этих заводах были наиболее передовые по тому времени методы содержания лошадей. Активному обмену племенным материалом, причем не только жеребцами, но и кобылами, способствовало то, что обычно отбор лошадей ремонтными комиссиями проходил публично, и коннозаводчики имели возможность и "себя показать, и людей посмотреть". Молодые жеребчики - "бурлачки", будущие производители из лучших заводов - были желанной покупкой для многих коннозаводчиков. Особый интерес представляли полукровные жеребчики для тех владельцев, кто по каким либо мотивам не мог иметь и использовать у себя чистокровных производителей.

Широкими пользователями племенного материала было донское, терское и кубанское казачество, которые приобретали жеребцов для конноплодовых табунов, для этих же целей приобретались лошади астраханскими и ставропольскими калмыками. Донские лошади поступали в Зауралье и в Сибирь. На этот период приходится и самое массовое поступление на Дон лошадей чистокровной верховой породы. На полукровных лошадей пересаживается кавалерия всего мира. Чистокровная лошадь стремительно набирает популярность и в России. Создаются и активно работают скаковые общества, и не только в Москве и Петербурге. Чистокровные лошади скакали на всех российских ипподромах. Печать регулярно сообщает о результатах скаковых испытаний. Публикуются фотографии известных скакунов. Начинает формироваться мнение, что в верховом коннозаводстве единственным достойным улучшателем может быть только английская чистокровная порода.

В первом номере журнала "Коннозаводства" за 1895 г. было опубликовано краткое руководство для донских коннозаводчиков "О производстве и воспитании ремонтной лошади". В этом документе ставится вопрос о необходимости выращивания полукровных лошадей в улучшенных условиях кормления и содержания. Настойчиво рекомендуется использовать английских чистокровных производителей, испытанных на ипподроме, с хорошим экстерьером. Полукровные производители в своем "складе" должны иметь много общего с английскими чистокровными. У них должны быть хорошо развиты плечевые и подплечные мускулы, косой постав плеча, глубокая подпруга, развитой правильный зад, общая сухость и энергия. Важен рост, общая правильность скелета. Меньше, чем полукровных производителей, пускать в завод не следует. Н. Ильенко, ж. "Коннозаводства", N 1, стр.,43

В докладе Императорского Московского Скакового Общества, который был представлен на Первом Всероссийском съезде коннозаводчиков в Москве в 1910 г., настойчиво проводилась мысль о том, что основным улучшателем в верховом коневодстве должна быть признана английская чистокровная порода.

"Между чистокровным коннозаводством и коннозаводством полукровным существует неразрывная прямая связь, и только чистокровное коннозаводство может поддерживать на должной высоте коннозаводство полукровное. Полукровное же коннозаводство дает главный материал для снабжения армии ремонтом".Труды первого всероссийского съезда коннозаводчиков, том II, стр. 126, М.1910 г. Вопрос об использовании чистокровных производителей в верховом коннозаводстве, в том числе и в задонских конных заводах, на съезде обсуждался бурно. Кн. П.Н. Трубецкой, выступая от имени коннозаводчиков восточной и западной части задонской степи, отмечал: "опыт показал, что за идеал для улучшения степной лошади следует взять чистокровную английскую, но для массового улучшения употреблять не чистокровных, а полукровных английских лошадей, акклиматизированных в местных условиях".

На съезде принимается положение о необходимости создания полукровных производителей для дальнейшего улучшения лошадей Задонской степи. "Усиление покупок жеребцов чистокровных английских. Организация постоянных покупок жеребцов полукровных, доказанной кровности. Производители должны быть глубоки, костисты и соответствовать по экстерьеру правилам ремонтирования армии относительно лошадей, оплачиваемых наивысшей ценой".Труды первого всероссийского съезда коннозаводчиков, том I, стр. 167, М.1910 г.

В споре задонских коннозаводчиков с коннозаводчиками культурных районов, главным козырем последних было то, что они производят полукровную лошадь, в отличие от степной задонской. Вообще чистокровные лошади были не в новинку на Дону. Первые чистокровные английские жеребцы появились в заводе атамана Платова. После победы над Наполеоном в войне 1812 г. Платов, сопровождая Александра I в Англию, получил там в подарок 5 чистокровных жеребцов. Все они были отправлены в его Задонский завод. Путем покупки, обмена, а также и краж, потомки английских жеребцов из табунов гр. Платов разошлись по многим табунам.

В заводе В.Д. Иловайского успешно использовался популярный чистокровный производитель Бард Хреновского конного завода, давший большое количество производителей для всех табунов. Чистокровные жеребцы приобретались в заводах графини Орловой, Ростопчина, Полторацкого, Лопухина. Кутейников целиком приобрел завод чистокровных лошадей Н.А. Лунина.А.Ф. Грушецкий, "Задонская лошадь", Альбом Всероссийской конской выставки в Москве в 1910 г. стр. 96 Но в тот период влияние чистокровных жеребцов было несопоставимо с влиянием восточных производителей. В соответствии со статистическими данными по состоянию на 1837 г., в задонском коннозаводстве английских полукровных и чистокровных лошадей насчитывалось всего 3проц..

В конце XIX столетия и масштабы и цели и возможности использования чистокровных производителей были шире, чем в начале века. Значительные изменения произошли в технологии содержания лошадей. Во многих заводах имелись заводские книги, и можно было установить происхождение лошадей до 5-го поколения. Коннозаводчики накопили немалый опыт племенной работы. В ряде конных заводов имелись тренерские конюшни и скаковые круги.

Фактически донская порода как таковая к тому времени вполне сложилась, приобрела свой своеобразный тип. Восточная породность, сухость конституции, унаследованные от предков тюркского происхождения, сочетались с крепостью, костистостью, хорошо развитым в ширину и глубину туловищем. Все без исключения специалисты, как сторонники, так и противники задонского коннозаводства, отмечали исключительное единообразие донских лошадей. Генерал Дубенский, осматривая зимовник Подкопаева осенью 1898 г., восхищался донскими матками с их яркой золотисто-рыжей мастью. "Донская лошадь является как бы выработанной по одному лекалу", - пишет А.Ф.Грушецкий в 1907 г., и он же в 1910 г.:

"Задонская лошадь как бы вылилась из оной формы по типичности и экстерьеру, все, за редким исключением, одинакового темперамента, выносливы, неприхотливы". "На Всероссийской выставке в Москве в 1910 г. и теперь на Киевской выставке задонская лошадь, представленная оба раза в матках, обращала на себя внимание своими формами, однотипностью и количеством. На выставку в Москве задонские коннозаводчики прислали 200 голов маток и жеребцов в одном типе против 200 верховых лошадей всей России", - пишет подполковник С. Носович в журнале. "Коннозаводство и спорт" за 1913 г. Коннозаводчики Задонья, очень чутко реагировавшие на запросы армии, стали приобретать не только жеребцов, но и кобыл. За период с 1895 по 1910 гг. в задонские заводы поступают почти исключительно чистокровные производители, причем, в основном, в западную часть. Все 37 конных завода этой части задонской степи имели полукровные отделения, в том числе в 19 заводах имелись чистокровные английские лошади.Список частных конских заводов в России, С.-Петербург, 1904 г. Из 43 заводов Восточной части задонской степи чисто донских было 23.

Там встречаем мы дербиста Мильтиада, Мизантропа, Плутона (брат Гизо), Гог-Магого завода Грабовского, Сайгака, Денисова, Хоронжи-Свинку, Бояр-Града, Маркиза, Инаборлабля (сына Крокуса), Ликтора, Гаолара (выводного), Эклипса, Барбара и т.д. В государственной донской заводской конюшне находится 10 чистокровных жеребцов, между ними известные по скачкам Наводчик Хреновского завода и Бурлак завода И.М. Мамонтова. Чистокровный завод со скаковой конюшней был у И. Ильина. Много средств вкладывал в чистокровных лошадей коннозаводчик генерал Г.С. Чернозубов. Его выводной чистокровный Десит покрывал донских косячных маток. В заводе Я. Королькова были полукровные лошади, происходившие от чистокровных завода Андрианова. У Супрунова успешно работал Райт, сын чистокровного Рошфора завода генерала Митрофанова. В заводе генерала Кульгачева выделялись дети Женевина, сына Женераль-Шассе. Чистокровных и полукровных жеребцов задонские коннозаводчики приобретали в Ново-Александровском, Деркульском, Стрелецком конзаводах.

В то же время, имея опыт использования чистокровных и полукровных производителей, они понимали, что положительный результат возможен только при условии внесения значительных изменений в сложившиеся приемы конеразведения. На это требовались дополнительные экономические вливания. В западной части задонской степи в силу более мягких климатических условий затраты могли быть меньше. Для многих было ясно, что не всякая чистокровная лошадь пригодна для полукровного коннозаводства. Использование случайных чистокровных английских жеребцов в качестве производителей, воспитание молодняка в чисто табунных условиях приводило к тому, что полукровный приплод получался беднокостным, высоконогим, узкогрудым.

Задонские коннозаводчики уделяли очень большое внимание росту, типу и экстерьеру лошади, как признакам, имевшим для них экономически важное значение. При одном и том же росте несколько не особенно ярких экстерьерных недостатков могли снизить цену лошади с 250 до 150 рублей. В этих условиях выбор чистокровных и полукровных производителей, а также возможности того или иного коннозаводчика вырастить полученный приплод приобретали особый смысл. В условиях задонского коннозаводства не было места любительству и неоправданному экспериментированию.

У части коннозаводчиков, особенно из восточной части задонской степи, сформировалось резко отрицательное отношение к использованию английских жеребцов. Дискуссия на эту тему развернулась в коневодческих периодических журналах. Противники скрещивания справедливо отмечали "худосочность" полукровного молодняка, предрасположенность к заболеваниям. В обиходе появился термин "перекровленность".

На съезде коннозаводчиков в 1910 г. предложение признать, что достигнутые успехи по Задонскому коннозаводству зависят главным образом от целесообразного и последовательного применения "чистой английской крови", которая и впредь должна служить главным улучшающим элементом донской лошади, не вызвало единодушной поддержки. Ветеринарный врач Провальского конного завода К.Ф.Филиппов считал, что такое утверждение может относиться только к западной части задонского коневодства. Использование чистокровных и полукровных жеребцов в станичном коневодстве не дало положительных результатов. Отрицательное отношение к использованию чистокровных производителей было не только у части коннозаводчиков, но и у некоторых представителей военного ведомства. При очередной инспекционной проверке состояния табунов в 1898 г. (такие проверки проходили через каждые 3 года на 4-й) комиссия, состоявшая из представителей Военного ведомства, Главного управления Государственного коннозаводства и Донского войска, забраковала заводы, где широко использовались чистокровные производители, и предложили шире использовать калмыцких жеребцов. Особенно досталось лучшим заводам М.А. Курочкиной, у которой стояли превосходные чистокровные жеребцы, и А.Г. Жеребкову. "К счастью, - пишет Чекунов, - таких коннозаводчиков, как А.Г. Жеребков, М.А. Курочкина, А.М. Чекунов и некоторых других, сбить с истинного пути трудно".С Дона А.С. Чекунов, Журнал Спорта за 1899 г. N41, стр. 457-458

Тем не менее, процесс использования чистокровных и полукровных производителе набирал обороты. В то же время передовая часть задонских коннозаводчиков понимала, что без повышения культуры конеразведения, налаженного племенного учета, отбора производителей по установленным критериям невозможно рассчитывать на успех при проведении масштабного использования чистокровных жеребцов. В ряду проблем, вызванных расширяющемся использованием чистокровных лошадей, одним из самых узких мест был племенной учет. Для объективной оценки результатов использования чистокровных производителей необходимо было располагать комплексом полных и надежных зоотехнических сведений о производителях, матках, приплоде, технологии содержания взрослого поголовья и молодняка, результатах использования чистокровных и полукровных производителей. Дискуссия о желательности или нежелательности этого мероприятия теряла всякий смысл. С одной стороны, все соглашались с необходимостью расширения использования английских и полуанглийских жеребцов и, в целом, положительной оценкой такого скрещивания, с другой, невозможно было не принимать во внимания и негативные результаты.Труды первого всероссийского съезда коннозаводчиков, том I, стр. 253, М.1910 г.

На заключительном заседании съезда было принято постановление об издании областных студбуков полукровных лошадей.

По состоянию на 1910 г. в Задонском коннозаводстве все племенные записи велись только по заводам. Объективно оценить масштаб использования самих чистокровных жеребцов, их полукровных сыновей и четвертькровных внуков не представлялось возможным. Тем не менее, многие специалисты уже в начале XX века стали называть донскую лошадь полукровной. Чаще всего это можно было услышать от военных, в частности, от военного министра Сухомлина. Об этом говорят и коннозаводчик Ф.Э. Фальц-Фейн и М.И. Лазарев, даже А.Ф. Грушецкий. Последний - скорее в полемическом задоре, так как недостаток кровности вменяли в вину донской лошади коннозаводчики культурных районов.

Конечно, на тот период назвать донскую лошадь полукровной было сильным преувеличением. Теперь спустя столетие, имея опыт восстановления донской породы после Гражданской войны, и создания буденновской породы, можно предположить, что тогда шел процесс как определенного улучшение донской лошади, так и скрещивания двух пород - донской и чистокровной верховой. Задонские коннозаводчики были на пути к созданию задонской полукровной лошади, которая должна была не заменить донскую, а существовать с ней параллельно. Они хорошо знали цену своей лошади. Уже в советское время, когда скрещивание донских маток с чистокровными производителями начало принимать формы поглотительного, и над донской породой нависла угроза ее полной утраты, первым забил тревогу Я.А. Лисицкий. Он был одним из немногих, а на тот период единственный из дореволюционных коннозаводчиков, работавших в системе военных конных заводов. По свидетельству очевидцев, Яков Анисимович, превозмогая себя, зная настрой руководства военными конными заводами, публично заявил, что история не простит нам потерю донской породы. И это при том, что сам Лисицкий, в принципе, был сторонником скрещивания, любил чистокровных лошадей. По его подбору в 1928 г. был получен первый родоначальник буденновской породы англо-донской Сагиб, сын чистокровного Симпатяги и донской Гарантии.

Восстановление донской породы после революции

Военные конные заводы

Армия и сельское хозяйство молодого Советского государства остро нуждались в лошадях. Восстановлению верхового коневодства, прежде всего в традиционных для этого южных регионах страны, придавалось государственное значение.

К восстановлению коневодства на Дону приступили в 1920 г. Сейчас трудно, а может быть, и невозможно во всех деталях восстановить, как собиралось разбросанное по всем степям поголовье лошадей. Наиболее полно описание этого периода имеется во введении к "Заводской книге племенных лошадей военных конных заводов" от 1933 г., написанное В.К. Осиповым. В.К. Осипов в течении ряда лет работал в системе управления конными заводами на Северном Кавказе.

"20 ноября 1920 г. приказом РВСР (Революционного Военного Совета России), - пишет Осипов, - в Ростове-на-Дону учреждается Управление Коннозаводства и Коневодства "УДОНКАВКОН". На это управление возлагалось руководство и наблюдение за изъятием из частей войск и управлений Кавфронта (Кавказского фронта), а также из совхозов и советских учреждений племенных лошадей для организации конзаводов и заводских конюшен. Уполномоченный этой организацией Трифонов, член РВС Кавфронта, по вопросам коннозаводства подчинялся Начальнику Главного Управления Коневодства и Коннозаводства при НКЗ (Народном Комиссариате Земледелия) в Москве". Далее В.К. Осипов пишет, что до возвращения 1-й Конной Армии с Крымского фронта работа "УДОНКАВКОН'я" почти не тронулась с места. С чисто организационной точки зрения это наверняка так и было, иначе и быть не могло. Если учесть, что, как пишет В.К. Осипов, штат "УДОНКАВКОН'я" состоял из бывших коннозаводчиков и офицеров. Не трудно себе представить их возможности в то время. Мы не знаем имен этих людей, но именно с их помощью были нащупаны степные зимовники бывших конных заводов. Началось собирание и опознание лошадей, установление места их рождения и происхождения. Эту работу могли выполнить только люди, достаточно хорошо знакомые с задонским коннозаводством. Лошадей опознавали по таврам. Как правило, у коннозаводчиков были персональные эмблемы, которыми таврились лошади. В I томе Государственной племенной книге донских лошадей, составленной А.Ф. Басовым в 1934 г., приводятся тавра-эмблемы 22 коннозаводчиков.

В настоящее время мы можем с полным правом сказать, что фундамент племенного ядра и донской, и буденновской пород составили заводские матки 25 владельцев. В I том издания 1934 г. записаны кобылы более, чем 30 бывших владельцев. Из 81 кобылы, использовавшихся в конзаводе им. Буденного, самая представительная группа - 24 головы из завода братьев Букреевых, 11 станичных, 9 - А.С. Пишванова, 7 - В. Хоцкого, по 3 головы от С. Воеводина, В. Королькова, Чернова, от остальных владельцев - по одной кобыле. Их плодовая деятельность началась фиксироваться, в основном, с 1922 г., у некоторых с 1921 г. Целый ряд кобыл из числа этих маток в дальнейшем стали родоначальницами семейств. Их многочисленное потомство, распространившись по всем конным заводам донских и буденновских лошадей, дошло до наших дней. Более подробно об этом будет сказано ниже.

Сложно было с жеребцами, подходящих для заводского использования было мало. Приходилось использовать тех, кого удалось найти и опознать. Прежде всего, это был золотисто-рыжий Дневник, рожденный в 1912 г. у И.И. Королькова от Дарьяла завода братьев Михайликовых, линии Дорогого у Бирюкова. Затем золотисто-рыжий Буян 1916 г.р. завода С. Воеводина, от Галилея завода Михайликовых, сына полукровного Гиоляра от чистокровного Тимоти. Кроме того, золотисто-бурый Бордо 1918 г.р. завода В.А. Жеребкова, от Борея. Эти три жеребца стали основателями линий в донской породе, с которыми работают и поныне.

Кроме этих жеребцов были:

- золотисто-рыжий Пион 1906 (7?) г.р. завода Пишванова, происхождение которого было известно до третьего ряда предков. Отец Пиона - Паша завода Подкопаева, Паша от Павлина завода Меньшикова. Родители Павлина - персидский Орел и мать - персидская матка; Патрон, бурый 1909 г.р. завода А. Супрунова, происхождение его неизвестно.

- золотисто-рыжий Резвый 1912 г.р. завода братьев Михайликовых от Демона их же завода, Демон от Далмата завода Жеребкова;

- золотисто-бурый Сатурн 1915 г.р. завода В.Я. Королькова, от Дарьяла завода В.М. Королькова линии Дорогого завода Бирюкова.

Эта небольшая горстка лошадей, всеми своими корнями уходившая в задонское коннозаводство, и стала той точкой роста, из которой выросло и донское и буденновское коннозаводство. Все это стало очевидным сейчас, в наши дни, спустя десятилетия после той страшной разрухи, которая царила на Дону в 20-е годы.

Тогда в конные заводы собирали всех жеребцов и кобыл, годных к воспроизводству. Активная организация конных заводов началась с возвращения на Дон штаба 1-й Конной Армии во главе с его начальником К.Е. Ворошиловым и командармом С.М. Буденным. С 1921 по1923 гг. С.М. Буденный был заместителем командующего Северо-Кавказским военным округом (СКВО). 1-я Конная Армия, как боевая единица, перестала существовать с апреля 1924 г. После нескольких лет кровопролитных боев и тяжелых рейдов от западных границ до южных конница остро нуждалась в пополнении конским составом. Неудивительно, что С.М. Буденный взялся за дело со всем своим недюжинным организационным талантом.

К концу 1921 г. было организовано 11 заводов и 6 госконюшен. Через год, в 1922 г., все конные заводы были переданы Народному Комиссариату земледелия. Средств на содержание заводов у Комиссариата не хватало, и летом 1923 г. появился приказ об их ликвидации, как не имеющих племенного значения. С.М. Буденный, с 1924 по 1937 гг. инспектор РККА (рабоче-крестьянской, красной армии), настоял на возвращение в военное ведомство "УДОНКАВКОН" с 8 заводами. В декабре 1924 г. "УДОНКАВКОН" приказом по СКВО был расформирован. Взамен ему при инспекторе кавалерии округа был создан отдел по коннозаводству с подчинением Управлению Ремонтирования ГУРККА. Довольно скоро этот отдел приказом от 13 июня 1925 г. за N 285 был переформирован в Управление Коннозаводства СКВО. А уже в ноябре этого же года появляется новое название - Управление Военными Конными Заводами, которое поступает в непосредственное подчинение Управлению ремонтирования ГУРККА.В.К. Осипов, Заводская книга племенных лошадей военных конных заводов, том I, Введение, стр.,7,1933 г.

Фактически организационный период растянулся на целую пятилетку с 1920 по 1925 гг. В первое время конные заводы формировались без какого либо плана. Кобылы и жеребцы отбирались независимо от происхождения, типа, вообще каких бы то ни было условий. Донское поголовье было собрано в конзаводах им. Буденного и им. 1-й Конной Армии. На осень 1925 г. в них насчитывалось 11 жеребцов-производителей и 199 маток. Летом 1926 г. комиссия специалистов провела осмотр маточного состава. Матки были рассортированы на племенных и ремонтных. Племенные кобылы должны были использоваться для расширенного воспроизводства, ремонтные - для производства кавалерийской лошади. Всего было сформировано 5 конных заводов: им. 1-й Конной армии, Донской им. С.М. Буденного, Провальский им. К.Е. Ворошилова, Терский им. М.В. Фрунзе, Сальский, с общим поголовьем в 750 маток.

К 1930 г. для каждого завода было определено направление работы. В конзаводе им. 1-й Конной Армии направление высококровное, метод работы - поглотительное скрещивание с английской чистокровной. Основные производители - жеребцы чистокровной верховой породы в количестве 12 голов. В маточном составе завода насчитывалось 255 кобыл, в том числе 18 чистокровных, 110 полукровных, 28 тракененских, 45 донских, 24 доно-черноморских и 30 черноморских.

Самый крупный к тому времени конзавод Донской им. С.М. Буденного имел в своем составе 28 жеребцов-производителей и 543 матки. Завод работал в 2-х направлениях: первое - донское, второе - высококровное на черноморской основе. Донских жеребцов в заводе было всего 7 голов: Дневник 1912 г.р., Буян 1916 г.р., Бордо 1918 г.р., Сатурн 1915 г.р., два сына Дневника Жар и Жокей, оба 1927 г. рождения, и Гунтер, сын Буяна 1924 г.р. Маточный состав был чрезвычайно разнороден. Донская порода была представлена 172 матками, второй по крупности в 100 голов была группа черноморских маток, 82 - полукровных на донской основе, 74 - полукровных на черноморской основе, 48 - полукровных на других основах, 12 - по типу полукровных, 53 - доно-черноморских, 2- восточных.

Провальский им. К.Е. Ворошилова конзавод имел высококровное направление. На 1930 г. в нем было 9 чистокровных английских жеребцов и 193 матки, из них 149 венгерских, 13 полукровных, 16 по типу полукровных, 2 канадских.

Конзавод им. М.В. Фрунзе имел направление полукровное английское на черноморской основе. В Терском конзаводе были сосредоточены все имевшиеся в наличии чистокровные арабы и лошади с наличием арабской крови, в том числе и оставшиеся от погибшего в гражданскую войну Стрелецкого завода жеребцы Цилиндр и Ценитель.В.К. Осипов, Предисловие к Заводской книге племенных лошадей военных конных заводов 1933 г. стр. 62

Из приведенных сведений вырисовывается картина, во-первых, скудности племенных ресурсов донских лошадей, во-вторых, наличия в маточном ядре военконзаводов значительных по численности групп лошадей различных пород и помесей. Основная масса жеребцов-производителей принадлежит к английской чистокровной породе, им отдается все внимание. На полукровное и высококровное разведение возлагаются все надежды. В системе военных конных заводов донской породе отводилось весьма скромное место. В журнале "Коневодство и коннозаводство" за 1929 г. Е.Л. Давидович, руководитель конной части всей системы военконзаводов, писал: "Работа в последние три года была направлена на улучшение основного ядра, т.е. повышения кровности и улучшение экстерьера маток". Е.Л. Давидович, "Несколько слов о работе военконзаводов", ж. Коннозаводство и коневодство N 51и N 52, 1929 г.

Понятие кровность и породность становятся чуть ли не синонимами. Сокращение количества донских жеребцов, как менее ценных, оценивается положительно.

Помимо поголовья, собранного в конные заводы, донские лошади имелись и в различных коневодческих хозяйствах. Летом 1926 г. по инициативе Наркомзема РСФР под руководством проф. А.В. Леопольдова проводится обследование состояния коневодства на Северном Кавказе. В отчете по материалам обследования проводятся сведения по 18 округам и автономным областям. К этому времени, кроме донских, черноморских, кабардинских лошадей, в конных заводах, кооперативных товариществах, госконюшнях имелись чистокровные английские, венгерские, ахалтекинские и даже англо-нормандские жеребцы, а также группа тракененских жеребцов и маток.

Донской породе в этом обследовании уделено особое место. А.В. Леопольдов пишет о колоссальном уроне, которое понесло донское коневодство. Экспедиции удалось выявить, описать и обмерить всего 67 жеребцов и 380 голов донских маток 4-х лет и старше. 65 жеребцов отнесены к "верховому сорту", у них отмечены легкие свободные движения. 59,9 проц. жеребцов имели рыжую масть, 26,6 проц. - гнедую. Высота в холке в среднем равнялась 152,6 см, обхват груди 173,5 см, обхват пясти 20,2 см. Размах колебаний от 164 см до 142 см в холке, обхват груди - от 187 см до 159 см, обхват пясти - от 23 см до 18 см.

Среди кобыл к "верховому сорту" было отнесено 96 проц. животных, 61,7 проц. имели рыжую и золотисто-рыжую масть, 22,9 проц. - гнедую. Средние промеры маток: высота в холке 147 см, обхват груди 172,6 см, обхват пясти 19 см При весьма скромных средних показателях велик размах колебаний по каждому промеру. Высота в холке колеблется от 165 см до 128 см, обхват груди - от 199 см до 151 см, обхват пясти - от 21,5 см до 16,5 см. Наибольшая часть кобыл - 67,5 проц., имели высоту в холке в пределах 141-153 см. Подробное и детальное описание экстерьера донских кобыл говорит о их породности и типичности. "По темпераменту, - отмечает А. Леопольдов, - лошадь спокойная, даже те, которые проводят большую часть жизни в табуне, очень скоро привыкают к человеку, легко подчиняются его воле".А. Леопольдов, "Отчет об обследовании состояния коневодства на Северном Кавказе", срт. 30-36, Архив ВНИИК, 1926 г. Оп.,N 1, Д., N 1,

Наиболее ценное поголовье, по свидетельству А.В. Леопольдова, было сосредоточено в конзаводах им. Буденного и им. 1-й Конной Армии. На весну 1926 г. в конзаводе им Буденного было 147 донских кобыл и 4 полукровных, в конзаводе им. 1-й Конной Армии 94 донских, 32 полукровных и 9 тракененских. В общей сложности, 241 кобыла донской породы и 11 жеребцов- производителей. По молодняку 1922, 1923, 1924, 1925 и 1926 гг., "как по книге", можно читать переживания заводов. Молодняк первых двух лет необычайно пестр, весь он недоразвит, так как перенес суровые условия существования организационного периода. Происхождение его устанавливается "гадательно", основываясь на схожести с тем или другим производителем. Начиная с 1924 г., по молодняку уже видно, что началась правильная коннозаводческая работа. Матки допускаются не к случайным свободным жеребцам, а по известному плану, с учетом особенностей кровей и линий. Случная компания 1926 г. проведена по всем правилам коннозаводческого искусства. Уже трудно найти необоснованных приводов маток к тем или другим жеребцам. Можно спорить о целесообразности скрещивания тех или других кровей, но отрицать наличие системы нельзя".Там же, стр. 99 Леопольдов отмечает очень жесткую браковку племенного поголовья, проведенную специалистами УВКЗ в 1926 г., и даже выражает некоторое сомнение в целесообразности столь строгого подхода.

В резюмирующем заключении по проведенному обследованию отмечается: "1). Донская лошадь по своим природным качествам лучше других пород приспособлена к исполнению службы в кавалерии. За годы Империалистической и Гражданской войн количество донских лошадей значительно сократилось, и для восстановления их численности до мирного времени необходимо в срочном порядке провести ряд мероприятий государственного характера". В ряду таких мероприятий указано на необходимость организации Государственной племенной книги лошадей донской породы. Там же, стр. 111 - 112

В первое время донскую лошадь рассматривали только как сырье для производства кровной и полукровной лошади. Начиная с 1922 г., все лучшие донские матки поступали под чистокровных производителей. Стоит внимательно перелистать I том ГПК донских лошадей 1934 г., чтобы убедиться в том, какая угроза накатывалась на донскую лошадь, на сам факт ее существования. От донских кобыл получали в основном полукровный приплод. Немногие донские производители использовались на разнопородных матках, в ремонтных табунах.

Отношение к донской породе начинает меняться только к началу 30-х годов. Как уже упоминалось выше, несмотря на шаткость своего положения в военном конном заводе (бывший офицер царской армии, бывший, хоть и небогатый, коннозаводчик), одним из первых забил тревогу Я.А. Лисицкий. Осенью 1930 г в журнале "Коневодство и коннозаводство" появляется статья "К вопросу о методах разведения донской породы", написанная совсем еще молодым 23-летним, помначкона конзавода им. Буденного Л.В. Каштановым. "Последним очагом разведения донской лошади в себе, - писал он в этой статье, - является сейчас только т.н. "Донской" конный завод им. т. Буденного. К компании 1931 г. в штате будет стоять 5 донских жеребцов (Дневник, Сатурн, Буян, Гунтер и Бордо). В маточном составе Донской завод имеет 150 донских маток, около 100 маток имеют другие заводы Военведа. Лучшие донские кобылы используются под чистокровными жеребцами, тем самым пресекается дальнейший прогресс донской породы. Повышение кровности идет чрезвычайно быстрыми темпами. Пожертвовать донской лошадью для создания чего-то, до сей поры еще не ясного, было бы непростительной ошибкой и растратой перед лицом коневодства. Надо отказаться от хищнической метизации, которая происходит до сего времени"Л.В. Каштанов "К вопросу о методах разведения донской лошади", ж. Коневодство и коннозаводство N 85, 1930 г..

К этому времени все яснее становится, что массированное использование английских чистокровных производителей в условиях табунного содержания племенного поголовья дает скорее отрицательный, чем положительный результат. И если не все понимали самоценность донской породы, то опасность потери прочной материнской основы у большинства сомнений не вызывала.

Случная кампания 1931 г. проходила уже под девизом "усилить внимание к донской лошади". В журнале. "Коневодство и Коннозаводство" в статье "Случная кампания 1931 г. на военконзаводах" В.К. Осипов пишет о том, что в донском отделении конзавода им. Буденного должна вестись работа по разведению улучшенной донской лошади. За донским отделением закрепляются все донские производители: Сатурн 1915 г.р., Бордо 1918 г.р., Дневник 1912 г.р., Жокей 1924 г.р., Дичек 1928 г.р., Дорогой 1928 г.р., Доброволец 1928 г.р., Гунтер 1924 г.р. Эти жеребцы должны получать лучших донских и англо-донских кобыл. На этом же отделении будут использоваться чистокровные Симпатяга, Светец и Иштенадта. 8 донских жеребцов при самом благоприятном раскладе могут покрыть 160 кобыл. Но Дневнику было уже 19 лет к 1931 г., Сатурн, по словам современников, был малоактивен в случке. 3-летние сыновья Дневника: Дичек, Дорогой и Доброволец шли в случку впервые. Таким образом, хорошо если они покрыли, в общей сложности, 120-130 кобыл. Дальше не трудно рассчитать, сколько кобыл из числа рожденных в 1932 г. могло пойти в дальнейшее заводское использование. Тем не менее, уже через три года в 1935 г. было заявлено, что донская порода восстановлена. В первом номере журнала "Коневодство" за 1936 г. в статье "Праздник военного коннозаводства" С.М. Буденный писал: "Военные конные заводы впервые в Союзе учли ценность наших аборигенных пород, а особенно донской, и в течение 15 лет сумели из остатков "дончаков" в несколько десятков голов, взятых из частей 1-й Конной Армии, создать мощное племенное ядро донских и англо-донских лошадей".

За сохранение донской и размножение англо-донской лошади ордена Ленина был удостоен директор конзавода им. Буденного Чумаков М.И., ордена Красной Звезды - начальник конной части Каштанов Л.В. и начальник ветеринарной части этого завода Сильченко И.Г., начальник отдела коннозаводства Управления военконзаводами РККА Давидович Е.Л., начальник управления ВКЗ РККА (военных конных заводов рабоче-крестьянской Красной армии) Александров Г.В., начальник ветеринарного отдела УВКЗ (Управления военными конными заводами) Животков Х.И. И, хотя к этому времени работа по созданию племенного ядра донской породы и созданию буденновской породы была еще далеко впереди, и всех этих людей в будущем ждали немалые испытания, награда была заслужена. В первую очередь была осуществлена огромная организационная работа по созданию стройной и единой технологии содержания племенных лошадей, заложен фундамент, который действительно позволил и придать новый статус донской породе, и создать новую полукровную верховую буденновскую породу лошадей.

Племенная работа с донской породой в военных конных заводах

Характеристика породы, первая государственная племенная книга

В отличие от других пород, особенно от орловского рысака, в донской породе была в гораздо большей степени нарушена преемственность в работе специалистов. И хотя в системе военных конных заводов работали хорошо образованные способные зоотехники, в первое время им во многом приходилось работать почти наугад.

Первым исследователем донской породы в советский период стал А.Ф. Басов. В 1930 г. он начинает работать в научно-исследовательском отделе, организованном в 1929 г. при Управлении военными конными заводами. Позднее, уже сотрудником Северо-Кавказской зональной опытной станции по коневодству, он начинает собирать материал для первой в истории донской породы государственной племенной книги. В 1934 г. выходит первый ее том, в него было записано 317 жеребцов и 1873 матки 4-х лет и старше. Книга состояла из 2-х разделов. В первый раздел были записаны лошади, имевшие не менее 3/4 донской крови, во второй не менее 1/2. В первый отдел, т.е. в собственно донской, вошло 159 жеребцов и 1161 матка, в том числе из военконзаводов 143 жеребца и 520 маток. В эту книгу были занесены донские лошади не только из зоны Северного Кавказа, но и Нарынского конного завода, расположенного в Киргизии. Основу этого завода составило племенное поголовье коннозаводчика П.Л. Лопаткина, которое он привел с Дона.

Во введении к I тому А.Ф. Басов дает подробную количественную и качественную характеристику донского и англо-донского поголовья, которое удалось взять на учет и записать в книгу. Он приводит подробные сведения о промерах жеребцов и кобыл в возрасте 3-х, 4-х, 5-и и старше лет. Дается характеристика экстерьера, приводятся данные по разнообразию мастей.

Огромной заслугой Басова следует считать то, что он четко и бескомпромиссно сформулировал положение, по которому основным методом работы с донской породой следует считать чистое разведение при закреплении уже имеющихся ценных качеств и видоизменение некоторых экстерьерных и интерьерных признаков путем направленного отбора и подбора. Прилитие чистокровной английской крови может осуществляться через англо-донских жеребцов, сохранивших в своих формах тип дончака. Английская кровь может приливаться и через англо-донских маток. Лучших из них необходимо случать с донскими производителями.

Определенная переоценка ценностей по отношению к донской породе произошла только к 1934 году. В конном заводе им. Буденного с 1932 г. донские жеребцы стали, наконец, получать в подбор наиболее ценных донских маток. На донском поголовье стали использоваться и англо-донские производители. Но общей картины, которая к тому времени сложилась в ведущих военных конных заводах, это пока изменить не могло. И совсем не случайно Басов пишет: "Анализируя материалы недалекого прошлого, можно убедится в отрицании значения донской лошади. Об этом говорит, прежде всего то, что на донских матках использовались не только чистокровные английские производители, но дончакам предпочитались даже восточно-прусские, венгерские и другие жеребцы. Особенно ярко это подчеркивается до 1930 г., т.е. за тот период, когда если и шло разведение дончака "в себе", то это происходило скорее случайно при нехватке "культурных" жеребцов, а не потому, что это было предпослано продуманными положениями, осознанной ценностью донской лошади и желанием совершенствовать ее без помощи посторонней крови".А.Ф. Басов, "Введение" к Государственной племенной книге лошадей донской породы, 1934 г., стр. 12-13

Очень интересную картину в этом отношении представляют цифры, показывающие племенное направление, в котором использовались донские матки вплоть до 1934 г. От донских жеребцов было получено только 35,2 проц. приплода. Такое положение ни в коей мере не обеспечивало нормального процесса воспроизводства донского поголовья, не говоря уже о нормальном селекционном процессе.

Таблица 1
Приплод донских маток за период с 1921 по 1933 г.

От жеребцов, каких породКоличество приплода в проц.
Чистокровной верховой48.2
Донской35.2
Англо-донских7.4
Стрелецкой, туркменских и др.6.6
Высококровных, полукровных, тракененских, венгерских.2.7

"Причин такого отношения к донской породе, - пишет Басов, - было много. К наиболее острым он относит увлечение иностранными породами, общие метизаторские тенденции, незнание донской лошади, незнание методов и техники табунного степного конепроизводства".

Это же направление отстаивает он и в книге "Донская лошадь", которая выходит в 1935 г. двумя изданиями. "Исключительно ценные качества донской породы, - повторяет Басов в этой книге, - заставляют обратить на работу с ней сугубое внимание - не как на сырьё, чтобы строить на нем полукровную или высококровную лошадь, а как на самостоятельную породу. Первым и основным условием рациональной работы с этой лошадью должно явиться продолжение начатого с 1934 г. издания официального студбука донской породы. Без систематического выпуска студбука все другие мероприятия, направленные на расширение и улучшение донского поголовья, не дадут нужного эффекта, а в иных случаях могут оказаться даже вредными. Донское поголовье надо собрать в несколько крупных конных заводах, основной задачей которых будет работать именно с донской породой".А.Ф. Басов,"Донская лошадь" 1935г., стр. 33

В своей книге А.Ф. Басов дает подробную характеристику экстерьеру донской лошади. Отмечается невысокая, плохо очерченная холка, прямая спина, прямой круп. Лопатка и плечо часто имеют крутой постав, угол между ними излишне велик. Хорошо развита грудная клетка. Длинное округлое ребро, широкий, округлый круп. Отмечается сравнительная низконогость, запавшее запястье, встречаются размет, косолапость, сближенность скакательных суставов. Скакательные суставы невелики по объёму. Крепкий копытный рог. На прямой и сухой шее голова средних размеров, широкая сухая, с выразительными живыми глазами. Встречаются и простые тяжелые головы, но не в большом проценте. Промеры даются по шестнадцати показателям у маток и по трем у молодняка.

Отмечается такие характерные для породы качества, как высокая плодовитость, неприхотливость к корму, крепкое здоровье, малая восприимчивость к инфекционным заболеваниям. Работоспособность донских лошадей характеризуется резвостью на дистанции от 1000 до 2000 м. А.Ф. Басов,"Донская лошадь" 1935г., стр. 39 - 56

Одним из первых Басов четко формулирует положение, по которому основным методом работы с донской породой, должно быть чистое разведение В исправлении нуждаются следующие экстерьерные недостатки: плоское запястье, иксообразность, саблистость, крутая постановка лопатки, короткие и прямые бабки, тяжелая голова с шеей и затылком, неудовлетворительным для сбора. В отношении типизации донская лошадь, как никакая другая, находится в наиболее благоприятном положении. Лишь два типа, соединенные между собой рядом переходных от одного к другому, должны будут окончательно слиться, так как, во-первых, нет надобности вести параллельно оба типа и, во-вторых, группа мощного типа не имеет хороших экземпляров жеребцов-производителей. Средний тип с преобладанием "персидского" - вот форма дончака в ближайшем будущем.

При работе с донской породой следует обращать внимание на аллюрность и резвость. Резвость донской лошади вполне удовлетворяет требованиям кавалерии. Не столько резвость, сколько правильность и эластичность должны быть включены во внимание при работе с дончаком.А.Ф. Басов, "Донская лошадь" 1935г., стр. 81 - 88

При составлении I тома ГПК лошадей донской породы Басову пришлось проделать очень большую работу по хотя бы приблизительному установлению происхождению лошадей, родившихся до 1920 г., т.е. до того периода, когда происхождение лошадей стало фиксироваться в заводах. Во введении к I тому, анализируя генеалогическую структуру той части породы, которая досталась советской власти, он постарался связать ее с дореволюционным племенным ядром, используя для этого все доступные источники. Для восстановления генеалогических связей он, по всей видимости, использовал материалы, официальных ссылок на которых нет. Скорее всего, это были какие-то описи, возможно, и личные записи задонских коннозаводчиков, о которых в1934 г. упоминать было небезопасно. Во всяком случае, цели своей Басов добился. Восстановление донской породы началось на осколках племенного ядра задонского коннозаводства.

Линии и семейства

На первое место из всех линий, доставшихся советскому коннозаводству, А.Ф. Басов, учитывая количество и качество ее представителей, поставил линию золотисто-рыжего Дорогого завода Бирюкова. Лошади этой линии были представлены и на первой Всероссийской конской выставке в Москве в 1910 г., и в Ростове в 1911 г., и в Киеве в 1913 г. Получали там медали и денежные премии. В военных конных заводах эта линия была представлена правнуками Дорогого Дневником, который родился в заводе И.И. Королькова в 1912 году, золотисто-бурым Сатурном 1915 г.р. завода В.Я. Королькова и внуком Бодрым 1916 г.р. завода А.И. Королькова. Основным продолжателем линии, а в советском коннозаводстве основателем, был Дневник. Крупный 167 см в холке, породный, с ярко выраженным мужским типом, прекрасный косячник Дневник работал, в основном, в конзаводе им. Буденного в течение 12 лет с 1921 по 1932 гг. Басов называет 2-х лучших сыновей Дневника Дорогого 1928 г.р. и Дайрена 1929 г.р. оба от Ракеты 1908 года рождения завода братьев Букреевых. В 1939 г. Каштанов особо выделяет Дорогого. В последующем Дорогой стал основным продолжателем линии Дневника, проработав в конзаводе им. Буденного с 1931 по 1948 гг. В течение нескольких десятилетий линия Дневника-Дорогого оставалась самой распространенной в породе. Сохранилась она и до настоящих дней.

Бодрый особого влияния на породу не оказал. В 1928 г. племенное использование этого жеребца было прекращено из-за развившейся импотенции.

Сатурн исключительно породный, нарядный жеребец с высокой работоспособностью, который мало того, что в племенное использование попал только в возрасте 14 лет, но еще и использовался не на донских, а на венгерских и различных полукровных матках, тем не менее, дал несколько дочерей оказавших большое влияние на эволюцию донской породы. Потомство Сатурна, как правило, было представлено лошадьми ярко выраженного восточного типа. Таким был правнук Сатурна Бред. По прямой мужской линии он восходил к Буяну, но вся остальная часть родословной относилась к линии Дорогого, бабка по отцу и бабка по матери были дочерями Сатурна. Сам Бред и все его потомство настолько отличалось от представителей линии Буяна, что некоторые специалисты предлагали отнести Бреда к линии Сатурна. В дальнейшем Бреда стали считать основателем самостоятельной линии.

Второй по распространенности Басов выделяет линию золотисто-рыжего Буяна 1916 г.р. завода С. Воеводина, который имел 1/8 английской крови и по отцу был правнуком чистокровного Тимоти. Мать Буяна Кремовая происходила от донского Карабаха, сына Клипса. Буян, некрупный 156 см в холке, довольно широко использовался, оставив многочисленное потомство. В дальнейшем линия Буяна развивалась в основном через Боливара 1930 г.р. Басов пишет о благородстве форм и прекрасной скаковой карьере этого жеребца.

Скромно упоминается Басовым золотисто-бурый Бордо 1918 г.р. завода В.А. Жеребкова, но пока ни слова об основном продолжателе линии - Барвинке, который родился только в 1934 г. Каштанов уже говорит о Барвинке, как о перспективном производителе и не ошибается. Барвинок, сын Агавы, кобылы завода К.Я. Королькова, которая кроме Барвинка дала еще Кагула, одного из родоначальников буденновской породы, в дальнейшем стал родоначальником одной из самых распространенных линий в донской породе. Следующей по значимости Басов выделяют линию Павлина завода В.К. Меньшикова, которая восходит к выводным из Персии лошадям В.Д. Иловайского. Советскому коннозаводству достался внук Павлина золотисто-рыжий Пион 1906 г.р., сын Паши. Сам Паша был ярко выраженного восточного или, как тогда говорили, персидского типа, в его карабахском варианте. Он родился в заводе Подкопаева, а его сын Пион - в заводе Г.Т. Пишванова. До революции Пион работал в Приморско-Ахтарском обществе, потом прошел по нескольким военным конным заводам. В конзаводе им. Буденного он работал в 1922, 1924, 1926 гг., в конзаводе им. Первой Конной Армии - в 1923 1926 гг., в конзаводе им. Фрунзе в 1925 г. Племенное использование этого жеребца полностью отражает отношение к донской породе, которое имело место быть до 1930 г. В каждом заводе его приплод назывался на какую-то новую букву: В, Г, Д, Е, Ж, а не по имени отца, как это принято в донской породе. В конзаводе им. Буденного в 1927 г. от Пиона и одной из лучших донских маток Маруси завода Воеводина был получен его лучший сын Жасмин, которого ожидала судьба такая же, как и его отца. Жасмин прошел по нескольким конным заводам, работал в конартели им. Буденного. Несмотря на то, что Пион линии не создал, свою положительную роль в восстановлении и дальнейшем развитии породы он сыграл через дочерей, которые оказались ценными заводскими матками и широко использовались и в конзаводе им. Буденного, и в конзаводе им. Первой Конной Армии.

Золотисто-рыжего Резвого, родившегося в 1912 г. в заводе братьев Михайликовых, А.Ф. Басов относит к старой линии Далмата. Родоначальником этой линии был орловский верховой жеребец. Отец Далмата Демон-Лермонтова работал в заводе великого князя Николая Николаевича. Резвый, внук Далмата, по матери был внуком орлово-ростопчинского Бесценного. Резвый работал в конзаводе им Буденного с 1922 по 1926 гг. В 1923 г от него и золотисто-бурой Авроры завода Кутейникова был получен Волонтер, а в 1926 г. - Есаул от золотисто-рыжей Аварии. Других жеребцов - продолжателей в этой линии, не было. Но дочери Резвого и Волонтера оказались выдающимися заводскими матками. Их потомство дошло до наших дней. Басов называет еще нескольких жеребцов, которых использовали в работе по восстановлению донской породы на Дону. В их числе гнедой Буслай 1913 г.р. завода И.И. Королькова, проработавший всего три сезона в 1922, 1923 и 1924 гг., бурый Патрон 1909 г.р. завода А. Супрунова, использовался в конзаводе им. Буденного с 1921 по 1929 гг., гнедой Гальта 1916 г.р. завода А.С. Пишванова, рыжий Консул 1908 г.р. того же завода, бурый Милорд 1910 г.р. завода братьев Букреевых.

В восстановление донской породы большую роль сыграло племенное ядро коннозаводчика П.Л. Лопаткина, что также отмечается Басовым. Вначале лошади Лопаткина находились в Нарынском конзаводе, что в Киргизии. Потом перешли в Иссык-Кульский конзавод. Там широко и успешно использовался жеребец Челн, который родился в 1912 г. в заводе Т.С. Безуглова. Челн происходил от Чингиза 1918 г.р., сына чистокровного Жосселена и донской Ладоги. Кобыла Ладога, как пишет Басов, своей красотой была известна всему Задонью, - небольшая легкая, с щучьей головой она была воплощением восточного типа, начиная с золотистой масти и кончая слабой оброслостью гривы и хвоста. Челн оказался выдающимся производителем, основателем линии, которая успешно развивается в породе и поныне. Помимо Челна у Лопаткина работал рыжий Забавник I, рожденный в 1909 г. в заводе И.М. Королькова. Басов о Забавнике упоминает вскользь. Каштанов пишет о нем уже более подробно, отмечая хорошее развитие рычагов и мускулистость у его потомства. Забавник стал основателем линии, которой предстояло сыграть значительную роль в донской породе. Вначале с линиями Забавника и Челна работали в Иссык-Кульском конзаводе. Потом в 1940 г. на Дон, в конзавод им. Буденного поступили сын Забавника I Забавник II 1925 г.р. и внук Челна Закат 1934 г.р.

Помимо линий, Басов выделяет маточные гнезда кобыл: Нежной, Аиды, Асты, Вазы, Маруси, Пышной, Дины, Зивры, Зорьки, Злодейки. Почти все эти кобылы были рождены у известных задонских коннозаводчиков: братьев Букреевых, И.Я. Королькова, В.Я. Королькова, Пишванова, Хоцкого, князя Трубецкого, Воеводина, Султан-Гирея. В 1939 г. жизнь Александра Федоровича Басова трагически обрывается. Он арестовывается и расстреливается как враг народа по совершенно нелепым обвинениям. Эстафету в работе с донской породой принимает Л.В. Каштанов. Проработав в военконзаводе им. Буденного почти 10 лет, с 1929 по 1939 гг., сначала помначкона, а потом начконом, Л.В. Каштанов детально знал и все поголовье, и весь технологический процесс. В 1935 г. в Азовско-Черноморском издательстве выходит книга молодого начкона "Табунное коннозаводство". В 1939 г. в Ростовском областном книгоиздательстве выходит вторая его книга "Донская лошадь". Между выходом этих книг проходит всего 4 года. Но каких! Буквально на глазах увеличивается идеологический пресс. В "Табунном коневодстве" Каштанов пишет свободнее, отдает должное Задонскому коннозаводству. "Анализируя развитие Задонского коннозаводства на протяжении XIX века, - пишет Каштанов, - мы наблюдаем два тесно связанных процесса: увеличение товарности коннозаводства и повышение его техники. Борьба за товарность становится борьбой за качество, и, в результате этого, табунное коннозаводство Задонья становится на путь технического прогресса. Начинает применяться система заводского подбора и отбора. Необходимым условием становится заготовка на зиму сена и зерновых кормов, вводится подкормка конского состава в неблагоприятную погоду. Наряду с косячной случкой для высокоценных жеребцов вводится варковая и ручная случки"Л.В. Каштанов, "Табунное коннозаводство", 1935 г. стр. 9-10.

В книге "Донская лошадь" Л.В. Каштанов глубоко, подробно, с привлечением большого исторического материала анализирует процесс становления коневодства на Дону и формирование донской породы. Но это XVII, XVIII и первая половина XIX веков. О Задонском коннозаводстве, которое складывалось, и довольно быстрыми темпами, в последней трети XIX и в начале XX века, упоминается вскользь. Более того, по отношению к задонским коннозаводчикам допускаются различные негативные высказывания. Они и барышники, и кроме наживы им ничего не нужно, они и эксплуататоры беднейшего крестьянства. "Некультурные коннозаводчики Задонья превратили экстерьерный подбор в погоню за ростом и массой, в культивирование отдельных деталей экстерьера, без учета функций и взаимной связи отдельных частей лошади, что неизбежно должно было привести и привело в ряде линий донской лошади к снижению быстороаллюрности и верховых качеств"Л.В. Каштанов, "Донская лошадь", 1939 г., стр.116.

Выше мы постарались показать, что это не так. Задонское коннозаводство - одна из славнейших страниц, причем мало известных широкой коневодческой общественности страниц всего отечественного коннозаводства. И, судя по тому, как фактически строилась племенная работа в военных конных заводах, многие специалисты это прекрасно понимали, и заимствовали из прошлого все, что находили там ценного. Это отношение к генеалогии и подходы к оценке по типу и экстерьеру.

В книге "Донская лошадь", предваряя описание линий и семейств, Л.В.Каштанов пишет: "Советскому донскому коннозаводству не досталось от задонского коннозаводства племенных записей и родословных книг, которые помогли бы разобраться в генезисе основных типов и линий донской породы. Имеющиеся в нашем распоряжении отрывочные сведения о происхождении отдельных лошадей основаны на устных показаниях нескольких человек, работавших ранее у задонских коннозаводчиков. Сведения эти не могут претендовать на точность и полноту, зачастую не убедительны, а поэтому и основанием для классификации современных линий служить не могут. Тем не менее, они помогают нам разобраться в особенностях типа отдельных групп лошадей, устанавливают взаимную связь между современными линиями, а потому с известной осторожностью использованы нами в настоящей работе"Л.В. Каштанов, "Донская лошадь", 1939 г., стр.57-58". А далее, со всей тщательностью повторяет всю классификацию линий и семейств, которые давал Басов, добавляя только сведения, которые появились в период с 1934 по 1939 гг.

После гибели А.Ф. Басова составленный им I том донской госплемкниги был изъят из пользования. Следующий I том готовил уже Л.В. Каштанов. Сигнальный экземпляр был подписан 4 мая 1941 г. Описывая линии, Л.В. Каштанов оставил портретные характеристики всех основных жеребцов-родоначальников линий, свои родовые черты эти линии, видоизменяясь и совершенствуясь, пронесут через десятилетия.

Как и Басов, на первое место по распространенности, Каштанов ставит линию Дорогого завода Бирюкова. Представителей этой линии он относит к персидскому типу. В советском коннозаводстве основным продолжателем этой линии были Дневник и его сын золотисто-рыжий Дорогой, который родился в конзаводе им. Буденного в 1928 г. Дневник был выдающимся представителем типа персидского дончака: крупного роста, костистый, широкий (167-192-21,25), он сочетал в себе мощность склада с сухостью и ярко выраженной восточной породностью. Особое впечатление оставляла голова Дневника, сухая породная, с щучьим профилем, энергичными, выпуклыми глазами, широкая во лбу и ганашах. К недостаткам Дневника относились: высоконогость, прямая лопатка, торцовые бабки, растянутая линия верха, удлиненное туловище, а также связанные, малопроизводительные движения. Дневник был прекрасным косячником, настоящим хозяином, и не только в косяке у кобыл, но и при осеннем стабунивании жеребцов. Для потомства Дневника, особенно его лучшей части, были характерны ярко-выраженный персидский тип, легкая голова, длинная шея, крупный рост, хорошее развитие костяка. Лучший сын Дневника золотисто-рыжий Дорогой уже жеребенком поражал правильным экстерьером и породностью. Мать Дорогого золотисто-рыжая Ракета 1908 г.р. завода Букреевых была яркой представительницей персидских линий донской породы. Небольшая, правильная по складу, она отличалась сухостью и породностью. Со временем Дорогой превратился в крупного (163-190-21), пропорционально сложенного жеребца, лишенного недостатков Дневника, но унаследовавшего от него крупный рост и блеск персидской породности. Дорогой очень быстро зарекомендовал себя как выдающийся производитель. По характеру он совсем не походил на Дневника. Был любимцем кобыл и не держал в косяке никакого порядка. Дважды, в 1939 и в 1940 гг., Дорогой был признан чемпионом породы. Другой сын Дневника Жар 1927 г.р., внук Пиона по матери, который также широко использовался в породе, имел удлиненный формат, прямую линию верха, длинную косопоставленую лопатку, хорошее строение конечностей, у него была недостаточно хорошо развита мускулатура, мало ложного ребра, недостаточно хорошо выражен мужской тип. Самого Жара и его потомство очень украшала светло-золотистая масть с осветленными шелковистыми гривой и хвостом.

К началу 40-х годов в линии Дневника, в общей сложности, в заводах использовалось 24 сына и 66 внуков. Широкому распространению представителей этой линии способствовали типичный для них крупный рост, породность, правильный экстерьер.

Сатурн (160-184-20,25) по нежности, сухости, верховости и легкости принадлежал к крайнему варианту персидского типа в донской породе, очень породный и правильный он имел бедный запястный сустав и стойко передавал этот недостаток потомству. Сатурн и его сын Сувенир оставили группу исключительно ценных маток.

Бордо при малом росте имел прекрасно развитую грудную клетку, укороченность линий, карабахскую породность. Сам Бордо отличался общей элегантностью, у него была породная голова, высокий постав шеи, при росте 153 см в холке обхват груди составлял 195 см. Самые большие претензии вызывали ноги Бордо - грубые, сырые. Лучший сын Бордо - Барвинок, рожденный в 1934 г. в конзаводе им. Буденного от Агавы, был лишен этих недостатков. В 1938 г. он был переведен основным производителем донского ядра в военконзавод им. Первой Конной Армии, где зарекомендовал себя хорошим приплодом. В дальнейшем Барвинку суждено стать родоначальником одной из самых распространенных линии, через которую в породе развивался восточно-карабахский внутри породный тип.

Буян по типу относился к восточному, персидско-карабахскому корню. Он был небольшого роста (155-1845-20), добронравный, с короткой, широкой во лбу головой, тугой колодкой, с тонкой эластичной кожей, короткой шерстью золотого отлива, не отрастающей даже зимой, с темными гривой и хвостом. У Буяна были сухие правильные конечности, он обладал крепкой конституцией, высокой оплатой корма, прекрасным здоровьем, большой плодовитостью. Наличие в третьем ряду предков английского чистокровного жеребца, - пишет Каштанов, - не может служить основанием для отнесения линии Буяна к числу англо-донских, так как, по-видимому, большинство донских лошадей имеют в своей родословной имена английских производителей.

В 40-е годы в породе использовалось 20 сыновей и 62 внука Буяна. Лучший сын Буяна Боливар 1930 г.р., которому суждено будет стать основным продолжателем линии, был крупнее отца (162-188-21.5), обладал высокой работоспособностью. В 1932 г. он был лучшим донским 2-летком на Ростовском ипподроме. С 1933 г. он стал производителем в конзаводе им. Буденного, являя собой новый тип донской лошади. Отчасти очень интересные донские жеребцы не смогли получить продолжателей из-за чисто хозяйственных причин. Во введении к I тому ГПК лошадей донской породы 1949 г. Л.В. Каштанов пишет, что при содержании поголовья до 1928-1929 гг. в примитивных полутебеневочных условиях большинство линий донской породы пошло на убыль. Те старые линии донской породы, представители которых в основном закончили свою племенную деятельность при неблагоприятных условиях содержания и кормления, не оставили достойных мужских продолжателей. В золотой фонд породы вошли их дочери. Спустя многие десятилетия, анализируя эволюцию породы, к этому следует добавить, что, наряду с необходимостью создания благоприятных условий выращивания молодняка, неотъемлемым залогом успешного развития линии является высокий уровень племенной работы. Родоначальники всех современных линий родились и были выращены на Дону в конзаводе им. Буденного. К таким жеребцам относились Пион, Резвый, Буслай.

Жеребец Пион 1906 г.р. достался советскому коннозаводству уже в преклонном возрасте и не успел оставить после себя большого потомства. Он пал в 1927 г. в возрасте 21 года. В конзаводе им. Буденного осталось гнездо элитных донских маток, дочерей Пиона. Пион был среднего роста, в его экстерьере сочетались черты яркой персидской породности, широкотелости и костистости с сыростью, растянутостью туловища, ослабленной линией верха. Л.В. Каштанов, "Донская лошадь", 1939 г., стр.77

Описывая Резвого, Каштанов отмечает необычайно мощно развитое в ширину и глубину туловище, пышное развитие мускулатуры, хорошо развитый костяк конечностей. Густота форм сочеталась у него с персидской породностью. Приплод Резвого стойко наследовал ценные качества отца, его дочери характеризовались крупностью, прекрасно развитым туловищем, прочным костяком. Дочь Резвого Воспитанница имела рекордные для того времени промеры: 167-210-20,5. Большая часть дочерей Резвого стали ценными заводскими маками. Потомство некоторых из них дошло и до наших дней. Сын Резвого Волонтер 1923 г.р. также оставил группу ценных дочерей, которые в сочетании с Сувениром, сыном Сатурна, вошли в племенное ядро Зимовниковского и Юловского конзаводов.

"Гнедой Буслай, - пишет Каштанов, - оставил группу крупных густых маток со средними промерами 160-191-20. Наряду с крупностью и массивностью, дочерям Буслая была присуща грубость, сырость, плохое строение скакательных суставов".

Как и Басов, особое внимание Каштанов уделял маткам, рожденным у задонских коннозаводчиков. "Наряду с линиями, родоначальниками и продолжателями которых были жеребцы, - пишет он, - в донской породе имеются маточные линии и маточные гнезда, происходящие от выдающихся кобыл" Л.В. Каштанов, "Донская лошадь", 1939 г., стр.85

Самой распространенной и известной он считал линию Барышни, Л.В. Каштанов, "Донская лошадь", 1939 г., стр.86, которая родилась в 1916 г. в заводе Чернова. К 1939 г. в заводское использование начали поступать внуки и внучки Барышни. Сама она была яркой представительницей персидского типа, у нее сухость, породность и нежность сочетались с глубиной и массивностью, она имела легкий костяк, сухие конечности, обладала отличным здоровьем, высокой плодовитостью и молочностью. Дочери Барышни оказались выдающимися заводскими матками. В последующем из этого семейства вышла группа жеребцов, оказавших большое влияние на эволюцию породы. Правнуками Барышни стали Задор - отец Забоя, Баден - отец Биса и т.д.

Золотисто-рыжую Заирку 1915 г.р. завода Кипракова Каштанов характеризует как "ценнейший источник персидского типа для породы". К 1938 г. Заирке было 23 года, но она сохранила легкость и сухость сложения и стойко передавала это свое качество детям. К 1939 г. в заводе работало 5 дочерей Заирки, сын Сарказм, будущий родоначальник линии, 5 внуков, один из них Джерри, будущий продолжатель линии Дневника, другой Баскунчак - продолжатель линии Бордо. В настоящее время в породе используется 8-е поколение семейства Заирки.

Золотисто-рыжую Агаву 1917 г.р. завода К.Я. Королькова, Каштанов также относит к персидскому типу. Эта кобыла отличалась исключительной породностью, сухостью сложения, редкой для дончака длинной красиво изогнутой шеей, отлично развитым туловищем, горизонтальной линией верха. Агава большую часть своей жизни использовалась в конзаводе им. Первой Конной Армии. Два ее сына, англо-донской Кагул от чистокровного Кокаса 1929 г.р. и Барвинок 1934 г.р., стали родоначальниками линий. Первый - в буденновской породе, второй - в донской.

Золотисто-рыжая Маруся 1918 г.р. завода С. Воеводина была широко известна среди донских коневодов по фотографиям и слепка ее фигуры, употреблявшимся в качестве наглядного пособия для характеристики донской породы. Маруся относилась к персидскому типу, в 1926 г. на краевой выставке в Ростове она была награждена золотой медалью. "Этой матке, - пишет Каштанов, - свойственна правильность и дельность экстерьера, породность и элегантность в донском типе, подчеркнутая легкой, красиво изогнутой шеей. На тот период лучшим ее потомком был сын Жасмин 1927 г.р. от Пиона, а последний сын Динос 1933 г.р. от Дорогого впоследствии станет дедом по матери Будильника - основного продолжателя линии Боливара. Семейство Маруси функционирует в донской и буденновской породах и по сей день. Гарантия родилась в 1924 г. в конзаводе им. Буденного от Буяна и Бурукчун 1912 г.р. завода братьев Букреевых. Эта крупная костистая кобыла (167-187-21) дала от чистокровного Симпатяги трех родоначальников буденновской породы: Сагиба 1928 г.р., это был ее первый жеребенок, Саксагана 1930 г.р. и Сагара 1935 г.р. Дочь Гарантии Гагара 1934 г.р. от Гунтера стала основательницей семейства, представители которого имеются в породе и поныне. К этому семейству относится один из лучших современных производителей буденновской породы жеребец Беслан, который представляет 7-е поколение семейства Гарантии.

Кроме названных, была еще группа донских маток, племенное использование которых обеспечило восстановление донской и создание буденновской породы. Среди них Шамка 1916 г.р., Нежная 1916 г.р., Казачка 1914 г.р. завода И.Я. Королькова, Ванда 1910 г.р. и Зорька 1912 г.р. завода братьев Букреевых, Молва 1919 г.р. завода Хоцкого, Авария 1917 г.р. завода А. Королькова, Аллочка 1913 г.р. завода А.С. Пишванова.

Таким образом, при восстановлении донской породы специалистами были приложены все усилия, чтобы выявить происхождение жеребцов и маток, что, по сути, обеспечивало преемственность в работе задонского и советского донского коннозаводства. Кроме того, "фундаментом" при восстановлении донской породы стали жеребцы и матки, пусть не самые лучшие, а те, что остались в живых после всех военных и революционных потрясений, но рожденные в хорошо известных в Задонье конных заводах. Фактически они были представителями лучшей части породы, ее племенного ядра.

Внутрипородные типы и экстерьер

Среди задонских коннозаводчиков всегда ценились лошади, в облике которых явно читалось их восточное, как принято было говорить, персидское происхождение. Персидскими называли целые линии. А.Ф. Басов к таким линиям относил линию Дорогого-Дневника, Павлина-Пиона, Резвого. Были лошади более простого склада, но с очень крепкой конституцией, хорошо развитым костяком и мускулатурой, начинал складываться тип, во внешности которого проступали черты полукровных лошадей.

В военных конных заводах, особенно в первоначальный период, было собрано большое по численности и очень пестрое по составу маточное поголовье. Специалистам приходилось много времени и внимания уделять сортировке лошадей. Особого напряжения эта работа достигала в период составления многочисленных косяков и подбора к ним жеребцов-производителей. Типизация поголовья, выделение определенных внутрипородных типов позволяли упорядочить работу. Л.В. Каштанову, в бытность начконом конзавода им. Буденного, эту проблему пришлось решать на собственной практике.

В своей книге "Донская лошадь" он выделяет 7 типов: персидско-карабахский или персидский, густой массивный, англо-донской, доно-калмыцкий, доно-черноморский, мелкий малоулучшенный, смешанный.Л.В. Каштанов, "Донская лошадь", 1939 г., стр.58-61

К персидскому типу относились жеребцы и матки, в особенностях конституции и экстерьера которых обнаруживается влияние персидской и карабахской пород. Представители персидского типа характеризуются следующим: сухая конституция, верховость и породность телосложения, кожа тонкая и эластичная, шерсть короткая даже зимой, осветленная или с золотистым оттенком, грива и хвост слабо развиты (часто темного оттенка). Голова широкая во лбу, с относительно короткой лицевой частью, глаза выпуклые, энергичные. Формы тела округлые. Туловище широкое, ребристое. Зад широкий, часто с прямым крупом и хорошим отделом хвоста. Лошадям этого типа свойственны: высокая оплата корма, способность откладывать жировые запасы, неприхотливость, отличные плодовитость и молочность. Лошади персидского типа имеют лучшие, чем средние для породы, показатели работоспособности, отличаются более легкими и производительными движениями и лучшей резвостью. Этот тип, по мнению Л.В. Каштанова, является наиболее ценным и подлежит размножению. К сожалению, название "персидский" позже было заменен "восточный".

Густой, массивный тип являлся носителем густоты, массивности, костистости, крупного роста, неприхотливости и выносливости, он характеризуется крупным ростом, массивным сложением, мощным развитием костяка, относительной лимфотичностью конституционального типа, недостаточной верховостью экстерьера. Лошадям этого типа свойственны максимальные для породы выносливость и неприхотливость, отличная оплата корма и способность к нажировке, хорошие плодовитость и молочность.

По экстерьеру донские кобылы густого типа по ряду важнейших статей существенно отличаются от кобыл персидского типа. Голова их больше и грубее, шея короче, холка ниже, чаще встречаются запавшее запястье и короткие бабки. В селекционной работе с этим типом предлагается улучшение верховости, облагораживание внешнего вида при сохранении крупности, массивности, неприхотливости и хорошего здоровья. В результате такого облагораживания появляется густо-персидский тип.

С англо-донским типом у специалистов были свои сложности. Тип выраженной верховой лошади, отличной по своим формам и от персидского типа, и от массивного, явно и зримо присутствовал в породе. Все прекрасно знали, что задонские коннозаводчики довольно широко использовали чистокровных английских и англо-донских жеребцов, но никто не мог уверенно подтвердить наличие чистокровных предков у той или иной конкретной лошади, родившейся до того, как был налажен четкий племенной учет в военконзаводах. Кроме того, к середине 30-х годов донская порода подверглась такой метизации с чистокровной верховой, что специалисты опасались единой лишней капли крови, допущенной в донскую породу. Для того времени это было и понятно, и вполне оправданно. В дальнейшем же, как это нередко бывает, такой подход сыграл и негативную роль - и для донской, и для буденновской пород. Лошадей англо-донского типа Л.В. Каштанов характеризует следующим образом: общая сухость и породность, сравнительно укороченный формат сложения, тоньше и легче костяк, меньше ширина туловища, хорошее развитие рычагов и мускулатуры, элегантность и нарядность форм, хорошее качество аллюров. В группу англо-донского типа могут быть отнесены лошади, имеющие не более 1/8 крови английской чистокровной породы. Лошади с кровностью 1/4 и более уже не могут считаться донскими и относятся к категории англо-донских лошадей. В предисловии к I тому, который был подготовлен в 1941 г., англо-донской тип обозначен, как доно-английский. Причем, там уже лошади, имеющие свыше 1/8 доли кровности по чистокровной верховой породе, должны относится к категории англо-донских. Англо-донской тип, полагает Каштанов, должен получить широкое распространение в породе, но не за счет, как он считает, основных типов донской породы - персидского и густого. В дальнейшем этот тип стал называться верховым. И как показала в последующем практика, прямой связи между типом и наличием или отсутствием той или иной доли кровности у лошади не наблюдалось.

При утверждении буденновской породы проводилось тщательное обследование всего поголовья в конных заводах. В I том ГПК лошадей буденновской породы были в первый и последний раз записаны жеребцы и матки, имевшие 1/4 долю кровности по чистокровной верховой породе. Таких жеребцов и маток выводили из штата конзаводов им. Буденного и им. Первой Конной Армии. Передавали в другие конные заводы. По сохранившимся фотографиям видно, что в большинстве эти лошади по типу не отвечали требованиям, которые предъявлялись к верховой полукровной лошади.

Доно-калмыцкий, доно-черноморский, малоулучшенный и смешанный - это все типы, которые выделялись при сортировке лошадей, с которыми приходилось работать. Перспектив самостоятельного развития они, разумеется, не имели, но позволяли более четко планировать селекционную работу.

Методы селекции

Как уже упоминалось выше, в советский период в работе с донской породой на первых этапах можно выделить два периода. До 1930 г. шло активное скрещивание донских кобыл с чистокровными верховыми производителями, а донские жеребцы использовались на второстепенных, не донских матках. Чистопородное разведение впервые официально было признано основным методом в работе с донской породой.

Тщательно отобранное поголовье донских производителей и маток было собрано в конзаводе им. Буденного. Этот завод был выбран головным племенным заводом по разведению донской породы. Поголовье донских жеребцов и маток, которое было в тот период сосредоточено в заводе, легло в основу племенного ядра донской породы в советском коннозаводстве. По состоянию на 1938-1939 гг. оно состояло из 60 жеребцов-производителей и 181 матки. Сразу следует оговориться, что маточное поголовье в этот период в заводе насчитывало в общей сложности до 2000 голов. Жеребцы, которые использовались, составляли в среднем 160,4 см в холке, с размахом колебаний от 150 до 167 см, обхват груди 181,7 см (170-200 см), обхват пясти - 20,6 см. (19-22 см). Промеры 181 матки составляли соответственно - 156,2 см (146-167 см), 186,5 см (170-210 см), 19,3 см (18-21,5 см). Отчетливо видно, что даже у тщательно отобранных маток вариабельность промеров очень велика. Неслучайно проблема повышения калибра лошадей тогда стояла весьма остро. Но эта же вариабельность открывала большие возможности улучшения этих показателей. И, как показало время, специалисты с успехом использовали эту возможность.

Для задонских коннозаводчиков и для специалистов военных конных заводов характерно было пристальное внимание к экстерьеру, к каждой его стати. И это неслучайно. По свидетельству современников, в частности такого авторитета, как знаменитый орловский коннозаводчик Я.И. Бутович, в дореволюционной России армейские ремонтеры были блестящими знатоками экстерьера. Ремонтные комиссии придирчиво относились к каждой стати экстерьера, отмечали каждый его изъян. Со всей тщательностью относились к взятию промеров. От всего этого зависела цена лошади. Чтобы не продешевить, коннозаводчики должны были сами хорошо разбираться в экстерьере и точно брать промеры у лошадей.

Каштанов в своей книге дает подробную характеристику экстерьера современных ему лошадей донской породы, опираясь, прежде всего на поголовье в конзаводе им. Буденного. "Голова донской лошади, - пишет он, - широко варьирует в размерах и типе. Лошадям персидского типа свойственна голова средних размеров, сухая, широкая во лбу, с несколько укороченной лицевой частью. Глаза большие, выпуклые, ноздри тонкие, сухие, область щеки резко очерчена, уши небольшие, тонкие и подвижные. Для донских лошадей густого типа характерна голова большая, простая, с длинной лицевой частью и толстой кожей. Шея имеет среднюю длину, встречается легкая сухая (персидский тип) и мясистая грубая. Значительному количеству лошадей всех типов свойственна в разной степени прямоватость шеи, т.е. недостаточный изгиб шеи в ее верхней части, в области затылка. Нормально выраженная холка встречается только у лучших линий и экземпляров, чаще же холка у донской лошади недостаточно высокая, короткая и смазанная. Для спины донской лошади характерна большая ширина, линия верха характеризуется прямизной. Широкая, ровная поясница отмечается у половины лошадей, у остальных в равных пропорциях выпуклая и запавшая. Абсолютное большинство донских лошадей имеет круп нормальной формы. Встречается также прямой, свислый и крышеобразный круп. Форма грудной клетки характеризуется длинноребростью и круторебростью. Передний пояс конечностей требует самого пристального внимания селекционеров. Недостаточно косая постановка лопатки и, как следствие этого, большая величина угла плечелопаточного сочленения делает движения лошади малопроизводительным на всех аллюрах. Соотношение длины подплечья и пясти у донской лошади характерно относительной укороченностью пясти, но лежит в пределах нормы для всех верховых пород. Существенные недостатки имеются в строении запястного сустава, - сочленения, несущего наибольшую динамическую нагрузку. Значительное число донских лошадей имеют прогнутый назад, слабо развитый запястный сустав. Пясть донской лошади нередко кругла и имеет подхват под запястьем. Бабки у большинства лошадей имеют нормальную длину и наклон. Копытный рог достаточно крепок, упруг и плотен. Постановка передних и задних ног нормальная. Скакательный сустав нормально развит. Значительному количеству донских лошадей свойственно недостаточное развитие мускулатуры. В результате этого явления у многих лошадей наблюдаются: бедные мускулатурой лопатка и плечо, тонкое подплечье, бедный подрезанный окорок. Для лучшей части донской породы свойственна сухая конституция, они имеют тонкую эластичную кожу, сухие конечности, слабую оброслость и нежный шелковистый кроющий волос.

Методы селекции

К концу 30-х годов официально было продекларировано, что донская порода восстановлена, руководители и специалисты конных заводов получили за это правительственные награды. Однако, на самом деле, все обстояло далеко не столь благополучно. Для пополнения маточного ядра кобылами донской породы не хватало саморемонта. Во все предшествующие годы от лучших донских кобыл из года в год получали англо-донской приплод. Это прекрасно можно проследить по I тому ГПК лошадей, составленному А.Ф. Басовым, а он уже был изъят из обращения. Исподволь в донскую породу пришлось ввести большую группу помесных животных. Об этом не принято было говорить. Однако анализ записей в государственные племенные книги (самого надежного и беспристрастного документа), показывает, как трудно в работе с медленно размножающимися животными остановить тот или иной селекционный процесс, будь то ли скрещивание, использование какого либо производителя или группы производителей или осуществление инбридинга. Последствия растягиваются на годы.

Подсчет кровности в простых дробях в российском коннозаводстве широко начали применять в рысистом деле, особенно при скрещивании орловского рысака с американским. В военных конных заводах вместе с налаживанием племенного учета был введен и тщательный подсчет кровности. Был период, когда в русле взглядов Т.Д. Лысенко такой подход, как чисто механический, был осужден. Но зоотехники, даже искренние сторонники Трофима Денисовича, кровность продолжали считать истово, ибо это давало определенные ориентиры, устанавливало определенные границы между породами.

В таблице 1 приводятся сведения о распределении маток племенного ядра по кровности по чистокровной английской породе по пятилетним периодам, начиная с 1912 года. В период с 1931 по 1940 годы в маточное ядро поступило всего 125 донских кобыл с кровностью 1/32 и ниже и 2 кобылы с кровностью 1/8, рожденные в 1927 - 1936 годы. В среднем, в год получается меньше, чем по 13 кобыл. Такой объем саморемонта был явно недостаточным. Поэтому пришлось, нигде особенно об этом официально не упоминая, в период с 1936 по 1940 гг. ввести в племенное ядро первые 119 кобыл, большинство из которых имело кровь черноморских, в меньшем объеме, астраханских, венгерских, киргизских, кабардинских лошадей. Как правило, это были дочери донских производителей, работавших на так называемых ремонтных матках. Такие вливания шли до 1950 г. С другого фланга в породу начинают возвращаться правнучки кобыл, которые в свое время использовались под чистокровными производителями. Их появление обязано масштабному возвратному скрещиванию, которое проводилось с середины 30-х годов. Англо-донские кобылы поступали под донских жеребцов, англо-донские производители использовались на донских матках. В первом поколении от такого скрещивания получался приплод с 1/4 крови по чистокровной верховой породой, во втором - с 1/8 крови. В период с 1941 по 1945 гг. в донскую породу поступило 82 кобылы с 1/8 крови по чистокровной верховой породе рождения 1937 -1941 гг., и к буденновской породе было отнесено 106 их сверстниц с 1/4 крови. В период с 1942 по 1946 гг. родилось еще 337 кобылок с 1/8 крови по чистокровной верховой породе, в дальнейшем поступивших в саморемонт. С 1946 по 1955 г. в буденновскую породу поступает 668 кобыл с 1/4 кровности. При утверждении буденновской породы в 1948 г. к ней были отнесены все лошади, имевшие больше 1/ 8 крови по чистокровной верховой породе. В I том ГПК лошадей буденновской породы, который вышел в 1951 г., записываются жеребцы и матки с кровностью 3/16 и выше.

Примерно в это же время, в 1953 г., выходит II том ГПК лошадей донской породы, в котором все донские лошади с 1/8 крови по чистокровной верховой породе заносятся в отдел с "0", вместе с доно-черноморскими, доно-астраханскими и т.д. Как ни странно, но это было не зоотехническое решение, а политическое. Вершился миф об особой чистопородности донской породы. Миф оказался живучим, и в дальнейшем много напортил донской породе, тормозя ее эволюцию в соответствии с требованиями времени.

Таблица 1

Распределение по кровности, по чистокровной английской породе, донских маток конзаводов им Буденного, Зимовниковского, Иссык-Кульского и Луговского

Годы рождения маток

Наличие дополни-тельной крови

n проц.

Кровность по чистокровной английской породе

В целом по плем..

ядру

1/32 и меньше

n проц.

1/16

n проц.

1/8

n проц.

3/16

n проц.

¼

n проц.

1912-1916

-

59. 96.7

-

-

-

2 3.3

61

1917-1921

3

43. 75.0

-

-

-

11 19.4

57

1922 - 1926

18 15.0

90 . 75.0

-

-

-

12 10.0

120

1927-1931

37 36.0

66 64.0

-

-

-

-

103

1932-1936

119 66.1

59 32.1

-

2 1.1

-

-

180

1937-1941

54 14.3

131 49.1

-

82 21.7

-

106 28.0

378*

1942-1946

137 14.9

176 19.0

7 0.8

337 46.0

6 0.7

209 22.8

918*

1947-1951

18 2.8

99 15.0

62 9.5

146 22.3

26 4.0

303 46.3

654

1952-1956

13 2.5

84 16.4

126 24.7

102 20.0

30 5.9

156 30.5

511

1957-1961

6 1.6

63 15.8

118 29.6

153 38.4

40 10.1

18 4.5

398

1962-1966

3 0.6

62 13.2

166 35.2

147 31.2

57 12.1

30 6.4

471*

1967-1971

-

59 10.1

191 32.6

186 31.7

69 11.8

56 9.5

587*

1972-1976

-

25 4.8

175 33.4

181 34.5

67 12.8

45 8.6

524*

1977-1981

-

42 8.3

142 28.8

160 31.4

87 17.1

30 5.9

509*

1982-1986

-

57 10.3

188 34.1

177 32.1

82 14.9

13 2.3

552*

1987-1991

-

11 4.1

115 42.9

82 30.6

27 10.1

2 0.7

268*

1992-1996

-

20 19.7

51 51.0

19 18.6

5 4.9

3 2.9

102*

На практике специалисты прекрасно понимали, что лошади с 1/8, с 3/16, да и с 1/4 - потомки лучших заводских жеребцов и маток - являют наиболее ценный племенной материал. Кроме того, можно предположить, что при оформлении буденновской породы стало ясно, что лошади с 1/4 крови не отвечают требованиям полукровной лошади. Во все последующие тома ГПК лошадей буденновской породы ни матки, ни жеребцы с такой кровностью не заносились. Долгое время их не решались относить и к донской породе, хотя довольно широко использовали, чему способствовало и то, что значительное количество жеребцов и кобыл с кровностью ниже 3/8 из конзавода им. 1-й конной Армии переводили в Зимовниковский, и в донское отделение конзавода им. Буденного.

Понадобилось более 10 лет, чтобы было принято решение о допуске в донскую породу лошадей с кровностью 1/4 по чистокровной верховой породе. Впервые они были записаны только в IV том ГПК лошадей донской породы, который вышел в 1968 г. Неудивительно, что племенное использование целого пласта производителей и маток с 1/4 крови можно проследить только по родословным конкретных лошадей. Последствия массового скрещивания донских маток с производителями чистокровной верховой породы ощущались почти до конца 50-х годов, когда, наконец, структура донской породы по кровности обрела стабильность. Лошади с посторонней кровностью, как и следовало ожидать, постепенно элиминировались. Лошади с кровностью 1/16 и 1/8 составили в среднем несколько больше 60 проц., остальное приходилось на пограничные кровности 1/32 и ниже, с одной стороны, 3/16 и 1/4, с другой.

Использование донских лошадей

Как уже упоминалось выше, многие десятилетия основным назначением использования донских лошадей была кавалерия. Основным условием получения льгот за пользование землей в Донской области было выращивание конского ремонта для армии.

У себя на родине, на Дону, дончаки использовались для разъездов, как под верхом, так и в легких экипажах - тачанках, в парных и четвериковых упряжках. Для таких работ использовали только жеребцов или меринов. Работать на кобылах было не принято. На тяжелых сельскохозяйственных работах: пахоте, бороновании, перевозке грузов, предпочтение отдавалось быкам (волам).

Начиная с последней четверти XIX века, донские лошади стали проникать в Западный Казахстан, Забайкалье, Среднюю Азию, оказывая довольно сильное влияние на местное коневодство. После революции заботу о восстановления коневодства на Дону взяло на себя военное ведомство. Благодаря его неусыпным заботам сеть военных конных заводов постоянно расширялась. К концу 40-х годов донские лошади разводились в 32 конных заводах. Значительная часть племенной продукции из них поступала в сельское хозяйство в качестве улучшателей. В соответствии с планами породного районирования донская порода была признана основным улучшателем верховых рабочепользовательных лошадей в южных и юго-восточных регионах Российской Федерации, в Казахстане, Киргизии. Крепость конституции, неприхотливость в сочетании с крупным ростом, правильным экстерьером обеспечили донской породе довольно быстрое и широкое распространение. Особенно большое влияние донские лошади оказали на коневодство Казахстана и Киргизии. В кушумской, кустанайской, новокиргизской породах присутствует значительная доля донской крови.

Хотя война 1941 г. со всей убедительностью показала, что место лошади в армии свелось к минимуму, военные конные заводы продолжали работать до 1954 г. Кончилось все разом. Конные заводы, и не только военные, стали стремительно реорганизовывать в совхозы. Лошадей разных пород целыми ставками - отправлять под нож на мясокомбинаты. Тяжелое это было время для конников.

По сравнению с другими породами, донская порода легче прошла этот период. Наиболее ценная часть породы, как и прежде, оказалась сосредоточенной в конных заводах им. Буденного в Ростовской области и Иссык-Кульском. В Зимовниковском конзаводе велась активная работа по формированию своего племенного ядра на базе донских и буденновских лошадей, поступавших из конзаводов им. Буденного и им. 1-й Конной Армии. В Казахстане лучшие донские лошади собирались в Луговской конзавод. Ценное племенное поголовье донских лошадей сохранилось на племенных конефермах колхозов и совхозов в зоне деятельности Сальской Госконюшни.

По материалам государственных племенных книг без труда и достаточно объективно можно проследить за изменениями в использовании донских лошадей. В III томе ГПК лошадей донской породы имеются сведения о лошадях, поступивших в производящий состав в 1948 - 1952 гг. В подавляющем большинстве эти лошади принадлежат различным конным заводам. Следующий IV том выходит после большого интервала в 1968 г., к этому времени донские жеребцы стоят уже в 10 госконюшнях и госплемстанциях в Российской Федерации, в Киргизии, в Казахстане. В последующем число госконюшен и госплемстанций, обладающих донскими производителями, постепенно сокращается. Зато в Казахстане активизируется работа нескольких конных заводов, куда в основном из Ростовских заводов, приобретаются довольно большие группы жеребцов и маток. Это конные заводы "Дегерес", Кзыл-Агашский, Алгабасский. Приобретают лошадей различные колхозы и совхозы, расположенные в самых разнообразных регионах СССР - от Читинской области до Ставрополья. При плановой экономике средства на приобретение лошадей выделялись централизованно. Сразу покупалась довольно большая группа лошадей чаще всего одного- двух возрастов.

Зачастую такие покупки носили разовый характер. В последующем в разведении использовались помесные животные. Регулярно и целенаправленно обновлялся состав жеребцов-производителей только в Сальской госконюшне.

Основными поставщиками племенных донских лошадей в этот период являются конные заводы им. Буденного, Зимовниковский, Иссык-Кульский, Луговской и некоторые племфермы Ростовской области. Размер племенного ядра в этих хозяйствах на протяжении нескольких десятилетий сравнительно стабильный и колеблется в пределах 1200 - 1300 маток. Особых проблем с реализацией племенной продукции не возникает.

Но исподволь начинает нарастать определенное несовпадение между спросом и предложением. Заводы работают в привычном для себя режиме. Селекция направлена на получение крупных, нарядных, экстерьерно-правильных лошадей со свободными, производительными движениями. Широкое распространение получает восточно-массивный внутрипородный тип, вытесняя чисто массивный. С 1962 г. проводится вводное скрещивание с чистокровной верховой породой, направленное на улучшение качества движений донских лошадей. Донские лошади регулярно испытываются на ипподроме. Эта работа не сопровождается какими-либо кардинальными изменениями в технологии содержания донских лошадей. То же крупногрупповое содержание, та же косячная случка во всех заводах, кроме к-з им. Буденного. Среди всех заводских пород, донской породе нет равных по неприхотливости, крепости конституции и здоровью. Но спрос, особенно со стороны восточных регионов, на еще более простую и примитивную в содержании лошадь.

Наиболее прозорливые специалисты, и, в первую очередь, Л.В. Каштанов, предвидели это противоречие. К 60-м годам в мире по отношению к коневодству происходит полная переоценка ценностей. Лошадь теряет свое чисто утилитарное назначение и переходит в сферу интересов человека, связанных со спортом, отдыхом, поддержанием здоровья. СССР этот процесс касается только некоторыми возможностями расширения экспорта лошадей. Массовый спорт, прокат, конный туризм в Союзе декларируются, но реально не развиваются. Тем не менее, попытки вписаться в мировой процесс делаются. Именно в этом направлении видится будущее и донской, и буденновской пород - и Л.В. Каштанову, и начконам конзавода им. Буденного Г.А. Лебедеву, Зимовниковского - Я.И. Дзюбе, начальнику производственного отдела Ростовского ипподрома И.В. Большакову, его коллеге с Сальского ипподрома И.И. Дмитриенко. Это люди, стоявшие у истоков восстановления донской породы и посвятившие всю свою жизнь ее сохранению и развитию.

Были и решительные противники такой точки зрения. В основном ее озвучивали чиновники Главного Управления Коневодства и Коннозаводства при МСХ СССР. Несмотря на то, что сами они в прошлом - работники конных заводов и ипподромов, они посчитали, что процессы идущие в мире нам не указ, надо выполнять продовольственную программу, и донской породе там самое место.

Противостояние между этими двумя точками зрения длилось почти четверть века. 28 апреля 1977 г. появляется постановление "О неудовлетворительном состоянии племенной работы с донской породой лошадей", подписанное начальником Главного Управления Коневодства и Коннозаводства А.Е. Мартыненковым и адресованное ВНИИК, Всероссийскому объединению конных заводов, Всесоюзному тресту конных заводов и ипподромов, Отделу коневодства МСХ Казахской ССР, Управлению коневодства МСХ Киргизской ССР, конным заводам: им. Буденного, Зимовниковскому, Иссык-Кульскому, Луговскому, "Дегерес", Алгабасскому, Кзыл-Агашскому, ипподромам: Фрунзенскому, Алма-Атинскому, Ростовскому, Тбилисскому, Сальскому.

Постановление содержало следующий текст: "Донская порода лошадей - одна из старейших отечественных пород лошадей. Донские лошади обладают замечательными хозяйственно-полезными качествами, неприхотливостью к условиям кормления и содержания, способностью тебеневать, быстро нажировываться, высокой плодовитостью и молочностью. В то же время они крупны, массивны, отличаются эффектной восточной породностью и с успехом используются в народном хозяйстве: под седлом, в упряжи, в массовом конном спорте.

Донские жеребцы - лучшие улучшатели местных пород лошадей в районах табунного коневодства. Помеси, получаемые от такого скрещивания, довольно крупны, обладают лучшей работоспособностью в сравнении с местными породами и сохраняют их выдающееся качество - приспособленность к суровым условиям содержания круглый год под открытым небом.

Сохранение и развитие этих ценных качеств в донской породе приобретают в настоящее время актуальное значение в связи с увеличением численности лошадей, разводимых для производства мяса и кумыса". Далее следуют сетования на то, что слишком много внимания уделяется "повышению резвостных качеств лошадей" и якобы поэтому донская лошадь стала терять способность к содержанию и сохранению жеребости в табунных условиях, чем очень недовольны сельскохозяйственные органы Казахстана. Институту Коневодства рекомендуется разработать методику оценки донских лошадей по продуктивным качествам (живому весу молодняка, молочности кобыл, способности быстро нажировываться, сохранять хорошую упитанность в условиях табунного содержания. В этом постановлении смешались желание развернуть работу с породой совершенно в другом направлении в угоду непонятно чему и, в общем то, понимание того, на что замахиваемся, конники все-таки... Тем более, что в заводах еще работали опытные знающие специалисты, привыкшие к тому, что к их мнению прислушиваются. Не было в живых только бесспорного авторитета в области верхового полукровного коневодства Л.В. Каштанова. Он умер в 1968 г. на посту директора ВНИИ коневодства. Равноценной замены ему в то время не было. Ведущие специалисты Буденновского и Зимовниковского конзаводов, Ростовского и Сальского ипподромов незамедлительно откликнулись на такое указание. Понятное дело, что призыв работать на повышение молочности и мясной продуктивности в донской породе, они вообще всерьез не приняли, их обеспокоило другое.

В 1962 г. на Совете по работе с верховными полукровными породами было после долгих и обстоятельных дебатов принято решение о допуске в донскую породу лошадей, имеющих 1/4 крови по чистокровной верховой породе. С этого же года и началось водное скрещивание донской породы с чистокровной верховой с целью улучшения качества движений и работоспособности донских лошадей в целом. В скрещивании использовались англо-донские и буденновские производители, учитывался весь достаточно богатый опыт предыдущей работы. К 1977 г. скрещивание начало давать свои положительные результаты, но без испытаний лошадей с 1/4 и 3/16 на ипподроме скрещивание теряло всякий смысл, а именно на испытания лошадей с такой кровностью налагался запрет.

Институт Коневодства к тому времени провел обширный научно-производственный опыт в Актюбинской области в Казахстане по использованию жеребцов тяжеловозных пород с целью повышения мясной продуктивности местных табунных лошадей. Результаты превзошли все ожидания. Использование донских жеребцов имело смысл только для получения рабочих верховых лошадей, что на местах и делали. На предложение специалистов конных заводов и Института коневодства обсудить перспективы дальнейшей судьбы донской породы был получен вполне недвусмысленный ответ: "указания сверху нужно не обсуждать, а выполнять". С этого времени для донской породы и специалистов, с ней работающих, начались трудные времена. В условиях административно-командной системы люди были вынуждены считаться с указаниями, противоречащими не только их убеждениям, но и вообще всякому здравому смыслу. То, на что затрачивались годы напряженной работы и что уже начало давать свои результаты, перечеркивалось одним указанием сверху.

В 1977 г. дончаков Буденновского и Зимовниковского конзаводов убрали с Ростовского ипподрома и отправили скакать в Тбилиси. Донские лошади Иссык-Кульского завода скакали во Фрунзе и в Чолпон-Ате, Луговского - в Алма-Ате. То же самое повторилось и в 1978 г., с той лишь разницей, что Буденновский и Зимовниковский заводы часть донских лошадей испытывали в Сальске. В 1979 г. дончаков вернули на родной Ростовский ипподром, причем не только Буденновского и Зимовниковского конзаводов, но и Иссык-Кульского и Луговского, т.е. всего племенного ядра. В таком же составе они продолжали испытываться в 1980 и в 1981 гг. В 1982 г. на Ростовский ипподром не поступили лошади из Луговского конзавода, в 1983 г., кроме Луговского, не приехал и Иссык-Кульский конзавод.

В декабре 1983 г. следует очередное указание Главконупра МСХ СССР "Об улучшении племенной работы с донской породой лошадей" за подписью А.Е. Мартыненкова. Опять повторяется тезис о возрастании роли донской породы, как улучшателя в зонах табунного мясного коневодства, особенно в восточных районах страны. Конным заводам предлагалось вывести из состава производителей жеребцов арабской и буденновской пород и их помесей, признать целесообразным с 1984 г. прекратить ипподромные испытания донских лошадей в гладких скачках.

Опять донских лошадей изгоняют с Ростовского ипподрома. Однако 45 голов все-таки проходят испытания на Сальском ипподроме в 1984 г. В 1985 г. испытания донских лошадей были прекращены повсеместно. Причем все это происходит на фоне возрастающего из года в год спроса на племенную продукцию конных заводов. Молодняк разбирается в возрасте двух - двух с половиной лет по очень приличным по тем временам ценам. Наибольшим спросом пользуются лошади восточно-массивного типа, крупные, с правильным экстерьером, отнюдь не для мясных целей. В 1986, 1987 гг. спрос на донских лошадей был достаточно высок.

В 1988 г. 52 донских двухлетних лошади Зимовниковского и Буденновского конзаводов прошли испытания на Ростовском ипподроме. В этом же году начались первые трудности с реализацией. Пока ещё продолжают пользоваться спросом и продаваться по высоким ценам крупные, породные, типичные лошади. В 1989 г. дончаки Зимовниковского и Буденновского конзаводов испытываются только на Сальском ипподроме. В 1990 г. уменьшается количество донских лошадей и на Сальском ипподроме. 1991 год был последним, когда племенное ядро состояло из 4-х заводов. С 1992 г. прекратилось поступление всяких сведений о состоянии племенной работы в Иссык-Кульском и Луговском конзаводах. С этого же года прекратил испытывать своих лошадей Зимовниковский конзавод, а с 1995 г. и конзавод им. Буденного. Таким образом, донские лошади не появляются на ипподромах страны, в общей сложности, вот уже 8 лет. С самого начала атак на испытания донских лошадей на ипподроме мы пытались доказать, что в России ипподром в общей системе работы с породами играет гораздо большую роль, чем в любой другой стране, особенно европейской. Смысл испытаний много шире, чем выяснение кто раньше окажется у финишного столба. Ипподром был своего рода "кузницей кадров". В скаковых тренотделениях молодые люди получали первые уроки в обращении с лошадью. Многие работники среднего звена - бригадиры на жеребцах-производителях, маточных и молодняковых табунах - начинали с конмальчиков. И именно их опыту, знаниям, преданности любимому делу, мы обязаны тому, что породы удержались в самые трудные времена.

Ипподром был единственным местом, где можно было и себя показать, и на других посмотреть. Там обычно намечался обмен племенным материалом между племенными хозяйствами, что не позволяло им замыкаться только на своей продукции.

Помимо этого, скачки - традиционно любимый вид конного спорта, особенно в южных и юго-восточных регионах нашей страны. Долгое время ипподромы были единственным местом, где люди вообще могли посмотреть на живых лошадей, а племенные коневодческие хозяйства хоть как-то о себе заявить и прорекламировать своих лошадей. Положение начало меняться только в конце 90-х, в последние годы, когда в Москве, Петербурге, Казани и других городах на специализированных выставочных комплексах стали показывать и лошадей.

Ошибочное, основанное на каких-то сиюминутных проблемах направление работы с донской породой, определенное Главконупром МСХ СССР, вполне могло окончиться для неё полным крахом. Особенно если учесть, что после событий 1991 г. полностью был потерян казахский и среднеазиатский рынки. В дальнейшем из-за дороговизны перевозок отпали Западная Сибирь, Забайкалье и Алтай.

Объективное противоречие, которое складывалось между той продукцией, которую производили конные заводы, и спросом, о чем говорилось выше, можно было без особого труда преодолеть, если бы учитывалась мировая практика развития коневодства. В 1992 г. была упущена реальная возможность выйти на мировой рынок со сравнительно недорогими прогулочными лошадьми. Но к этому времени заводы были уже в значительной степени дезориентированы в работе с донской породой и не были готовы к такому виду подготовки лошадей. Угроза самому существованию донской породы не миновала полностью и по сей день. Племенное ядро сократилось до самого опасного предела. В конных заводах им. Буденного и Зимовниковском маточный состав представлен всего 400 матками. Группа ценных донских маток имеется в конзаводе "Степной". На племенных конефермах и у частных владельцев донские лошади насчитываются единицами, их вытеснили буденновцы, имеющие более устойчивый спрос.

То, что произошло и происходит с донской породой, убедительно свидетельствует о важности долгосрочных и краткосрочных прогнозов в направлении и методах племенной работы, основанных на глубоком анализе, как состояния породы, так и возможных областей ее использования.

Любая порода - это живой организм, который находится в постоянном движении, не всегда заметном, особенно при поверхностном взгляде. Необходимо постоянно отслеживать процессы, идущие в породе, по возможности объективно оценивать результаты селекционных и технологических приемов. В противном случае накопление нежелательных факторов может принять трудно преодолимые формы.

Методы племенной работы

Особенностью племенной работы с донской породой, в отличие от орловского рысака, было почти полное отсутствие преемственности в методах работы с породой в дореволюционный период. Хотя за почти полуторавековой опыт коннозаводства такие методы не могли не быть выработаны. Но они были достоянием узкого круга коннозаводчиков, находившихся на южной окраине государства. Долгое время это был круг казачьих военоначальников. Позже, после появления владельцев с иным социальным статусом в конце XIX и начале XX веков начались первые попытки объединения в скаковые общества в Новочеркасске и в Великокняжеской. Но даже те скупые сведения, которые можно почерпнуть из имеющейся литературы, свидетельствует о том, что в среде коннозаводчиков из поколения в поколение сохранялись имена знаменитых производителей, некоторые из них стали родоначальниками линий, хорошо известных на Дону. Коннозаводство в Задонье всегда было сугубо прагматично, основной целью было выращивание лошадей в соответствии с требованиями ремонтных комиссий. Особенности технологии содержания маток, а именно чисто табунное, определяли стабильность их состава. Для жеребцов-производителей не было никаких породных ограничений. Они должны были только хорошо водить косяки, а их приплод выдерживать табунное содержание. Неслучайно так быстро и широко в свое время распространилась по Дону кровь карабахов. Крепкие, неприхотливые, очень породные с нарядной золотистой мастью, они были сравнительно некрупными. Через кобыл этот недостаток был преодолен. Восточно-карабахский тип в породе распространен и поныне. Судя по литературе, в задонские конные заводы поступали и ахалтекинские жеребцы, но ни по именам известных жеребцов, ни по особенностям экстерьера, ни по мастям подтвердить их влияние на донскую породу не представляется возможным. Можно допустить, что это связано с полным несовпадением особенностей содержания ахалтекинских и донских лошадей. Первые - лошади подворного, индивидуального содержания, вторые - табунного, крупногруппового.

Английские чистокровные лошади в сравнительно больших количествах, стали поступать в Задонские конные заводы в конце XIX и начале XX веков. Шире их использовали в западной части Задонья, в Восточной части большее предпочтение отдавалось различным полукровным жеребцам. Использование чистокровных английских и полукровных жеребцов было предметом широкой и острой дискуссии на протяжении ряда лет. В 1910 г. из среды задонских коннозаводчиков она вышла на обсуждение на первом Всероссийском Съезде коннозаводчиков. Скрещивание донских маток с английскими чистокровными жеребцами, в целом, получило положительную оценку, но было признано необходимым улучшать условия выращивания полукровного молодняка. О масштабах скрещивания можно судить по количеству полукровных и чистокровных отделений у задонских коннозаводчиков, особенно в западной части. Такие сведения содержаться в "Списке частных конных заводов в России" за 1904 г. Во всех 37 конных заводах западной части Задонья имелись или только полукровные отделения или и чистокровные, и полукровные отделения. Из 43 заводов восточной части Задонской степи чисто донских было 23. Влияние английской чистокровной лошади ограничивалось прежде всего особенностями содержания лошадей на Дону. Неустойчивое положение задонских частных коннозаводчиков, связанное с близким окончанием аренды, не способствовало тому, чтобы они вкладывали средства в интенсификацию своего хозяйства. Но после 1910 г., когда со всей полнотой стала ясна роль задонского коннозаводства для России, была намечена целая система реформ, как в ведении этой отрасли, так и в самом землепользовании на Дону. Планам этим не суждено было осуществиться. Сначала началась Первая Мировая война, потом Революция и Гражданская война.

Выше уже говорилось, что Советскому государству досталась ничтожная часть Задонского коннозаводства. Происхождение лошадей устанавливали по таврам коннозаводчиков и по устным воспоминаниям. В племенное ядро лошадей отбирали по типу и экстерьеру, и к чистопородным относили сугубо условно. О жеребцах имелось несколько больше сведений, чем о кобылах, не все кобылы и клички то имели. Один из родоначальников линии в донской породе, с которой работают и поныне, Челн 1912 г.р. был внуком чистокровного английского Жосселена, другой родоначальник линии Буян 1916 г.р. - правнук английского чистокровного Тимоти, а мать Буяна Кремовая происходит от жеребца под кличкой Карабах. В настоящее время донская порода является мономастной. Единственная масть - рыжая, разных оттенков. А среди донских маток - родоначальниц значительная часть гнедых.

Положение о чистопородном разведении, как основном методе работы с донской породой, было принято уже в советский период. В своей книге, о которой уже не раз упоминалось выше, А.Ф. Басов писал, что термин "порода" в применении к дончаку, вряд ли может оспариваться. Он дает следующее определение породе: "Группа лошадей, насчитывающая более сотни лет своего существования, имеющая идентичность происхождения, характерные экстерьерные признаки, которые она необычайно стойко передает своему потомству, - может быть названа породой". "Донская порода, продолжает автор, - вошла в фазу, когда племенная работа зиждется не только на отборе, но, главным образом, на индивидуальном подборе. Мы смело вносим термин "порода", причем это понятие применимо к донской лошади не как к примитивной породе, где организующее влияние человека невелико, а как к переходной, вернее культурной, но переживающий первый этап своего культурного состояния. К донской породе мы относим лошадей, происходящих от жеребцов и кобыл задонских коннозаводчиков и казачьих станичных табунов".

В настоящее время, анализируя опыт восстановления и дальнейшего развития донской породы, становится ясно, что даже А.Ф. Басов в какой то мере недооценил ее возможности. Выражаясь современным языком, племенное ядро в породе стало складываться со времени появления завода Платова в 1770 г. Этап "культурного состояния" донская порода пережила в конце XIX начале XX веков. Своеобразный "степной" тип содержания никак не исключал применения основных прием селекции: индивидуального отбора и подбора, оценки производителей по качеству потомства. В конных заводах: Платова, Иловайских, Подкопаева, Королькова все эти приемы имели место быть. Эти и другие коннозаводчики Задонья азартно и настойчиво искали производителей, которые отвечали тем целям, которые ими ставились. Лучшие заводы активно влияли на весь массив как задонского коннозаводства, так и казачьего станичного коневодства, за счет широкого использования жеребцов-производителей.

Восстановление донской породы шло через кобыл и жеребцов, принадлежавших лучшим конным заводам Задонья. В I том ГПК лошадей донской породы 1934 г. записано 80 кобыл рождения с 1906 по 1919 гг., принадлежавших 27 владельцам. Из них 24 кобылы завода братьев Букреевых, 9 - А.С. Пишванова, 7 - Хоцкого, по 3 - С. Воеводина, В. Королькова и Чернова, 11 кобыл станичных и 1 - конартели "Хлебороб". Все советские специалисты, которые тесно соприкоснулись с донской породой, в полной мере оценили ценность ее фенотипических и генотипических качеств. Как в практической селекции, так и в перспективных планах основное внимание было направлено на распространение тех ценных качеств, которые имелись у лучших представителей породы.

С самого начала селекция велась по комплексу признаков: крупности, типу и экстерьеру, работоспособности. Такой подход диктовался спросом. Для армии требовалась лошадь и крупная, и с правильным экстерьером, и с хорошими движениями. С самого начала отбор и подбор по фенотипу осуществлялись с учетом всех этих признаков.

На первых этапах очень много внимания пришлось уделять крупности. Мелкая лошадь не отвечала требованиям армейского ремонта. По данным Басова, рост донских маток варьировал от 144 до 170 см в холке.42 Рост жеребцов - от 167 см у Дневника до 155 см у Буяна. Высота в холке маток конзавода им. Буденного, записанных Басовым в I том ГПК, в среднем составила 155,4 см. Это поголовье родилось и выросло условиях, когда трудно установить, где малый рост соответствует генотипу, а где генотипу не удалось реализоваться в фенотипе. В следующем томе ГПК, который должен был выйти в 1941 г., но из-за войны вышел в 1949 г., матки конного завода им. Буденного уже имели высоту в холке 157,5 см. И в дальнейшем этот показатель неуклонно повышался. Повышение показателя высоты в холке сопровождалось повышением широкотелости и костистости.

Предвоенное и первое послевоенное десятилетия были периодами бурного развития донского коннозаводства. Лошади донской породы разводились в общей сложности в 32 конных заводах, в том числе 16 в Ростовской области, 3 в Киргизии, 11 в Казахстане, 1 в Читинской области и 1 в Башкирии. После обвала 1954 г. осталось всего 4 конных завода: им. Буденного и Зимовниковский в Ростовской области, Иссык-Кульский в Киргизии и Луговской в Казахстане. Эти заводы на три с половиной десятилетия, вплоть до 1991 г., стали основными держателями племенного ядра породы. После распада СССР племенное ядро породы осталось в двух заводах Зимовниковском и им. Буденного.

ОБСУЖДЕНИЕ

Яндекс цитирования Рейтинг@Mail.ru
Сейчас на сайте
Зарегистрированные: Наталья, Ilenara, Максим Зенченко, ...